Президент США Дональд Трамп заявил о приостановке возможных ударов по Ирану. Приближаются ли Вашингтон и Тегеран к соглашению или просто оттягивают время перед более масштабной конфронтацией?
В интервью РСЕ/РС Марк Кансиан, старший советник департамента обороны и безопасности в Центре стратегических и международных исследований (CSIS), отмечает, что администрация Трампа сосредоточена на поиске «выхода» из кризиса — даже несмотря на сохраняющиеся серьезные разногласия по поводу санкций, ядерных ограничений и претензий Ирана на Ормузский пролив.
Марк Кансиан
Кансиан говорит, что, хотя многие из заявленных требований Ирана являются бесперспективными, есть признаки ослабления противоречий по поводу возможного ядерного соглашения и морской деэскалации.
РСЕ/РС: Трамп заявил, что он воздержится от атак на Иран по просьбе государств Персидского залива. Что это говорит вам о состоянии дипломатии?
Марк Кансиан: По-видимому, иранцы направили в Соединенные Штаты еще одно предложение. Неясно, что в нем содержится, но это один из элементов решения Трампа: он всегда хотел добиться урегулирования путем переговоров. Он считает, что у него есть преимущество, и переговоры приведут к приемлемому компромиссу. Несколько раз он отменял предполагаемые военные операции в пользу переговоров. Посмотрим, что получится из этого нового иранского предложения.
РСЕ/РС: Сообщения указывают на то, что Тегеран требует военных репараций, отмены санкций и признания суверенитета над Ормузским проливом. С точки зрения США, это исходные позиции или они откровенно бесперспективные?
Марк Кансиан: Конечно, есть некоторые нежизнеспособные моменты. Но соглашение возможно. Сокращены разногласия в вопросе ядерного потенциала, включая возможность отправки Ираном хотя бы части своих запасов третьей стороне и гарантии того, что он не будет обогащать уран в течение определенного периода времени. Трамп хотел, я думаю, срок в 20 лет. Они не хотят идти на такой долгий срок — может быть, 10 лет, что-то вроде того.
Обе стороны должны будут снять блокаду пролива. Возможно, Иран продолжит заявлять о своем суверенитете, пока не попытается им воспользоваться, а Соединенные Штаты снимут некоторые санкции, например, в отношении нефти. Я не думаю, что будет какая-либо возможность репараций, но это может быть соглашение, которое устроит обе стороны. По крайней мере, в ядерной части дело приближается к этому.
РСЕ/РС: Если Тегеран связывает переговоры с контролем над Ормузским проливом, то перерастет ли кризис из ядерной конфронтации в глобальный кризис энергетической безопасности?
Марк Кансиан: Энергетическая безопасность, безусловно, является ключевым элементом, но это более широкий вопрос. В мире есть множество проливов, расположенные рядом с которыми страны могут заявить о своем суверенитете. Взять, к примеру, Малаккский пролив и Индонезию. Есть и много других.
Если Иран сможет заявить о суверенитете над этим проливом, то другие страны, вероятно, сделают то же самое, и у нас возникнет очень хаотичная международная ситуация — крайне разрушительная для морской торговли, а также создающая потенциал для конфликта, поскольку многие страны не признают эти претензии.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
«Поворотный момент». Могут ли Астана и Ашхабад нарастить поставки нефти и газа на фоне войны на Ближнем Востоке?РСЕ/РС: Насколько серьезно мир должен воспринимать возможность дальнейшей милитаризации Ираном пролива путем введения пошлин или ограничения доступа?
Марк Кансиан: Они уже это делают. Они ограничивают доступ, пропускают только суда дружественных стран или стран, которые заплатили пошлину или транзитный сбор или что-то подобное.
США сейчас это не принимают. Большинство стран это не принимают. Но сейчас мы находимся именно в таком положении, и именно этого Соединенные Штаты должны избежать в любом окончательном соглашении.
РСЕ/РС: Трамп, похоже, балансирует между сдерживанием и отсрочкой. Является ли отсрочка нападения признаком стратегического терпения или это свидетельство того, что администрация ищет путь к отступлению?
Марк Кансиан: Нет сомнений, что администрация ищет выход. Оаи очень хочет положить конец конфликту. Осенью будут выборы. Экономика в порядке, но цены на бензин выросли, и это создает напряжение для граждан США.
Поэтому администрация предприняля несколько дипломатических попыток заключить сделку, но пока это не увенчалось успехом.
РСЕ/РС: На этой неделе Китай дал понять, что не согласен с любыми попытками Ирана использовать пролив в качестве оружия. Лидер Китая Си Цзиньпин дистанцировал Пекин от Тегерана?
Марк Кансиан: Не думаю. Он сказал, что пролив должен оставаться открытым. Китай активно использует пролив и покупает много нефти в регионе, поэтому он заинтересован в том, чтобы он оставался открытым.
Но он не согласился оказывать давление на Иран. Он не осудил иранский режим. И, насколько нам известно, Китай по-прежнему оказывает некоторую скрытую поддержку Ирану. Поэтому я не думаю, что Пекин каким-либо существенным образом дистанцируется от него.
РСЕ/РС: Что более вероятно через шесть месяцев: новое соглашение о сдерживании на Ближнем Востоке или региональный конфликт, выходящий за пределы Ормузского пролива? Мы по-прежнему пытаемся предотвратить более масштабную войну или просто управляем эскалацией шаг за шагом?
Марк Кансиан: Ничто не длится вечно. В данном случае, блокада экспорта нефти из Персидского залива и блокада поставок товаров в Иран не могут продолжаться бесконечно. Обе стороны будут все больше ощущать экономическое давление, поэтому прессинг для заключения сделки будет усиливаться.
Через шесть месяцев это должно произойти. Я думаю, что всё произойдет к этому времени. В какой-то момент будет заключено соглашение, которое устроит обе стороны. Вопрос лишь в том, сколько времени это займет и как в итоге будет выглядеть это соглашение.