Отсутствие прав, снижение заработной платы, ухудшение условий жизни: пять лет правления «Талибана» принесли Афганистану перемены, но не те, на которые надеялись многие афганцы.
Хотя взрывы придорожных бомб и ожесточенные столкновения между враждующими фракциями в значительной степени прекратились, страна столкнулась с глубоким экономическим кризисом, серьезной гуманитарной катастрофой, когда миллионы людей нуждаются в помощи, и почти полной международной изоляцией из-за нарушений прав человека со стороны талибов, систематического исключения женщин и девочек из общественной жизни.
Для многих афганцев надежда, возможно, не полностью потеряна, но она сильно пострадала.
«Я работаю таксистом в Кабуле 20 лет, но за последние пять лет испытал столько проблем, сколько прежде никогда не испытывал», — рассказывает водитель такси о финансовых трудностях при режиме талибов.
«Все, чего я хочу, это зарабатывать на жизнь честным трудом и обеспечивать семью», — добавляет мужчина лет 40 возле своей машины, которой почти столько же лет.
Когда в августе 2021 года талибы захватили власть после вывода войск международной коалиции, они унаследовали структурно хрупкую экономику, сильно зависящую от притока иностранной помощи.
Но сейчас эта помощь практически прекратилась, поскольку политика талибов, особенно почти полная изоляция женщин от общественной жизни, остановила поток средств.
Афганцы — от крупных бизнесменов до розничных торговцев, перевозчиков и нанимающихся на поденную работу — жалуются на сокращение доходов и экономических возможностей при режиме талибов.
«Средневековые представления об управлении страной»
В выпущенном в апреле 2025 года докладе Всемирного банка говорится, что «бедность, отсутствие продовольственной безопасности и недоедание остаются насущными проблемами» в управляемом талибами Афганистане, где сохраняются высокий уровень безработицы и ограничения для женщин.
В докладе отмечается также, что при охвате девочек средним образованием всего в 3 процента «поколение молодых женщин столкнется в будущем с бедностью и зависимостью».
«Талибы используют средневековые представления об управлении страной, которая имеет дело со сложными проблемами 21 века», — говорит Майкл Семпл, профессор Университета Квинс в Белфасте.
После десятилетий конфликта «Талибан» восстановил относительное спокойствие в стране. Число взрывов и проблем с безопасностью снизилось, но аналитики говорят, что режим мало что сделал для решения главной проблемы — установления экономической стабильности и обеспечения надлежащего управления для повышения уровня жизни.
Талибы упразднили все демократические институты и консультативные органы, централизовали принятие решений вокруг своего замкнутого лидера Муллы Хебатуллы, который издал множество указов — многие из которых касаются девочек и женщин — не представив при этом какого-либо всеобъемлющего плана или дорожной карты для обеспечения надлежащего управления и экономического процветания.
Центр принятия решений в значительной степени переместился из Кабула в отдаленную провинцию Кандагар, родину движения «Талибан».
В то же время, преимущественно пуштунский «Талибан», корни которого в основном лежат в южном и юго-восточном Афганистане, сосредоточил власть на всех уровнях в руках своих лидеров, командиров и членов.
«Самая большая проблема для талибов заключается в отсутствии у них модели управления», — заявляет вашингтонский аналитик по Афганистану Муштак Рахим, который до августа 2021 года участвовал в различных правительственных и неправительственных проектах, посвященных вопросам управления в Кабуле.
«Они управляют Афганистаном исключительно по традиционным принципам, что не соответствует международным нормам», — говорит Рахим в интервью РСЕ/РС, добаляя, что основная причина приверженности традиционной системе управления заключается в том, что «у талибов нет ни возможностей, ни потенциала для иного, и они не принимают помощи извне».
Отсутствие надлежащего управления в сочетании с растущей экономической нестабильностью вызвало опасения у некоторых, что Афганистан может снова превратиться в очаг нестабильности.
Лондонский аналитик по Афганистану Сами Юсуфзай считает, что за последние пять лет талибы оттолкнули от себя простых афганцев, «которые чувствуют себя чужаками на собственной земле».
«Из-за своего сугубо сельского происхождения талибы больше заботятся о групповой лояльности и гораздо меньше — о национальном единстве», — отмечает Юсуфзай в интервью РСЕ/РС.
Майкл Семпл тоже думает, что «население отчуждено», а талибы блокируют «все попытки начать политический процесс, который мог бы открыть путь к более инклюзивной системе».
По мнению Семпла, тревожным обстоятельством можно считать недавнее заявление по меньшей мере трех групп о вооруженном сопротивлении талибам в Бадахшане, богатой ресурсами провинции на северо-востоке Афганистана, граничащей с Таджикистаном, Пакистаном и Китаем.
«Вооруженное сопротивление растет», — говорит Семпл, отмечая, что во многих провинциях также наблюдаются криминальные волны, а сами талибы проводят «судебные казни и насильственные исчезновения».
«Главная причина, продлевающая правление талибов, — это отсутствие эффективного сопротивления, способного мобилизовать людей на местах», — подчеркивает он.
Попытки добиться признания на международной сцене
Талибы борются с проблемами внутри страны, но они также предпринимают попытки признания в международном сообществе. Аналитики считают, что это стремление, вероятно, отчасти связано с желанием привлечь иностранную помощь и инвестиции, а также стабилизировать экономику.
В 2020 году валовой внутренний продукт Афганистана достиг около 20 миллиардов долларов, когда в стране еще находились международные силы, а правительство получало финансовую поддержку из-за рубежа.
По данным Всемирного банка, в 2021 году ВВП резко упал до чуть более 14 миллиардов долларов, хотя и немного восстановился — благодаря денежным переводам из-за рубежа — даже несмотря на то, что уровень жизни простых афганцев продолжает ухудшаться.
Россия — единственная страна, официально признавшая правительство талибов, которому также удалось наладить более тесные контакты с Китаем, Индией, Объединенными Арабскими Эмиратами и некоторыми странами Центральной Азии.
Делегация талибов в июне посетила Брюссель для беспрецедентных закрытых технических переговоров с Европейской комиссией и представителями 15 стран-членов ЕС. В ходе визита обсуждались вопросы миграции, депортации афганских просителей убежища, которым отказано в его предоставлении, и консульского сотрудничества.
Европейский политический центр назвал эту противоречивую поездку «ползучей нормализацией», в то время как талибы приветствовали её как «исторический» шаг к укреплению доверия и созданию более широкого дипломатического присутствия, хотя вопрос о помощи не стоял на повестке дня, и ни одна страна Европейского союза, похоже, не готова официально признать де-факто власть талибов.
Между тем, аналитики говорят, что талибы, стремясь удержаться у власти, будут и дальше блокировать любые попытки начать политический процесс, который мог бы открыть путь к более инклюзивной системе.
«Я думаю, что есть все шансы на свержение эмирата талибов, но подозреваю, что силы, способной это сделать, еще нет», — резюмирует Семпл.