Что такое Кош-Тепа?
Канал Кош-Тепа — это гидротехническое сооружение, предназначенное для забора воды из Амударьи и ее транспортировки вглубь Афганистана.
Проект предусматривает строительство магистрального канала длиной 290 километров, шириной 125 метров в районе водозабора и глубиной около восьми метров. После завершения строительства Афганистан рассчитывает освоить около 550 тысяч гектаров новых сельскохозяйственных земель.
Для полноценной работы проекта потребуется создание более 500 километров распределительных каналов. Стоимость строительства, по разным оценкам, составляет от 680 миллионов до двух миллиардов долларов.
В узбекских СМИ Кош-Тепа нередко называют проектом движения «Талибан», однако сама идея строительства появилась задолго до прихода талибов к власти.
Бывший министр по управлению чрезвычайными ситуациями Афганистана Наджиб Ага Фахим говорит, что разговоры о строительстве канала ведутся уже несколько десятилетий. По его словам, первый проект появился еще во времена президента Мохаммада Дауда в 1970-х годах, а при поддерживаемом Западом правительстве Афганистана (2001 – 2021 гг.) его реализация практически началась.
«После свержения республиканской власти талибами проект достался им в наследство», — говорит Наджиб Ага Фахим, бывший министр по управлению стихийными бедствиями в правительстве Афганистана, которое действовало до возвращения «Талибана» к власти в 2021 году.
Почему талибы начали строительство
В 2018 году прозападное правительство Афганистана вернулось к идее освоения северных районов страны через использование ресурсов Амударьи.
Это произошло на фоне реализации проекта Камаль-ханской плотины и оросительной системы на реке Гильменд на юге. Тогда власти рассчитывали расширить сельскохозяйственное производство и сократить зависимость страны от импорта продовольствия.
В декабре 2018 года Кабул подписал контракт с американской инженерной компанией AECOM на подготовку технико-экономического обоснования проекта. Работы финансировало агентство международного развития США USAID.
К августу 2021 года, когда движение «Талибан» установило контроль над Кабулом, проектная документация канала была полностью подготовлена. Инженеры AECOM определили место будущего водозабора на Амударье, и новым властям оставалось найти финансирование и начать строительство.
Руководитель проекта канала Кош-Тепа Саид Забихулла Мири утверждает, что сооружение не окажет существенного влияния на уровень Амударьи. По его словам, река обладает значительными запасами воды, особенно в периоды паводков и поступления талых ледниковых вод.
«Ожидается, что канал Кош-Тепа не окажет существенного влияния на уровень Амударьи, поскольку река несет большие объемы воды», — говорит Мири.
Спор за воду Амударьи
В Кабуле признают, что строительство канала может вызвать споры с соседними странами. Еще до прихода талибов к власти афганские власти готовились отстаивать право страны на использование воды Амударьи.
Наджиб Ага Фахим считает, что в юридическом плане у Узбекистана и Туркменистана недостаточно оснований для оспаривания проекта. По его словам, право Афганистана на использование воды закреплено историческими соглашениями и международными нормами.
«Право Афганистана на долю воды в Амударье гарантирует ряд исторических документов и международные конвенции», — говорит Фахим.
Он ссылается на соглашение между Афганистаном и Советским Союзом 1958 года, в котором Амударья была признана трансграничной рекой. По его словам, документ предусматривает равные права сторон на использование водных ресурсов.
После распада СССР страны Центральной Азии сохранили советскую систему распределения воды через Алматинское соглашение 1992 года. Согласно этому документу, государства региона договорились сохранить действовавшие в советский период лимиты использования водных ресурсов.
По установленным квотам, годовой объем водозабора из Амударьи распределяется следующим образом:
- Узбекистан — 48,2 процента;
- Туркменистан — 35,8 процента;
- Таджикистан — 15,4 процента;
- Кыргызстан — 0,6 процента.
Афганистан участником этого соглашения не является.
Сколько воды может забрать Афганистан
Амударья считается самой полноводной рекой Центральной Азии. Ее длина (вместе с Пянджем) составляет около 2400 километров, а объем годового стока сопоставим со стоком Нила — примерно 75 кубических километров воды.
Один кубический километр равен одному миллиарду тонн воды.
Афганская сторона указывает, что около 30 процентов естественного стока бассейна Амударьи формируется на ее территории. Если учитывать средний показатель за последние 30 лет, это составляет примерно 21–23 кубических километра воды в год.
С помощью канала Кош-Тепа Афганистан планирует использовать от 6 до 10 кубических километров воды ежегодно.
Наджиб Ага Фахим считает, что даже при максимальной загрузке проекта Кош-Тепа объем водозабора не будет превышать 12 процентов общего стока Амударьи.
«Но почему-то в Узбекистане пытаются всех убедить, что Кош-Тепа заберет до 30 процентов стока. Это категорически неверно», — говорит Фахим.
В то же время эксперты отмечают, что даже сокращение водных ресурсов на 10–12 процентов может стать серьезным испытанием для стран ниже по течению, поскольку сельское хозяйство Узбекистана и Туркменистана в значительной степени зависит от Амударьи.
Узбекистан выбрал переговоры вместо конфронтации
Несмотря на тревожные прогнозы в социальных сетях и СМИ, официальный Ташкент отказался от жесткой риторики в отношении строительства канала.
Весной 2025 года Узбекистан и Афганистан подписали соглашение о совместном управлении водными ресурсами бассейна Амударьи.
Министр водного хозяйства Узбекистана Шавкат Хамраев заявил, что Ташкент рассматривает Афганистан как соседнюю страну, которая также имеет право использовать ресурсы реки.
«Если говорить откровенно, афганцы — наши родственники. У них тоже есть право брать воду из Амударьи. Сейчас в Сети пишут: строят Кош-Тепа, что-то происходит… Мы что, должны брать в руки оружие и идти воевать? Нет. Мы налаживаем отношения, ведем диалог», — сказал Хамраев.
По его словам, вопросы распределения воды должны решаться через переговоры, документы и рабочие контакты между странами.
Главная проблема — потеря воды
За последние 30 лет объем стока Амударьи сократился примерно на 12 процентов. Однако, если это снижение происходило постепенно в течение нескольких десятилетий, после выхода канала Кош-Тепа на полную мощность сокращение может значительно ускориться.
При этом эксперты указывают, что проблема водного дефицита в регионе связана не только с новым афганским проектом.
Одним из главных факторов риска остаются потери воды в существующей ирригационной системе.
Директор базирующейся в Лондоне аналитической организации Central Asia Due Diligence Алишер Ильхамов отмечает, что около 90 процентов водных ресурсов в Узбекистане используется сельским хозяйством, однако значительная часть воды не доходит до конечных потребителей из-за состояния инфраструктуры.
«Сельское хозяйство в нашей стране и, возможно, в Туркменистане тоже, потребляет 90 процентов общего объема водных ресурсов. Но до фермеров вся вода не доходит. Поскольку 65 процентов всех ирригационных каналов не имеют бетонного основания, значительная доля водных ресурсов, где-то по расчетам 36 процентов, уходит просто в землю», — говорит Ильхамов.
По его словам, многие каналы находятся в неудовлетворительном состоянии и требуют реконструкции.
Старые системы орошения теряют миллиарды кубометров воды
Узбекистан и Туркменистан используют воду Амударьи через разветвленную сеть магистральных каналов и насосных станций.
Общая протяженность магистральных каналов двух стран превышает 2500 километров. При этом длина всех ирригационных сетей значительно больше: в Узбекистане — более 182 тысяч километров, в Туркменистане — около 39 тысяч километров.
По данным Всемирного банка, в нижнем течении Амударьи до орошаемых земель доходит лишь около половины поданной воды. Остальной объем теряется из-за фильтрации через земляные каналы и испарения.
Наиболее сложная ситуация наблюдается в районах Хорезма, Каракалпакстана в Узбекистане и Дашогуза в Туркменистане.
Одной из причин потерь Всемирный банк называет деградацию ирригационной инфраструктуры и низкое качество каналов. В Узбекистане твердое покрытие имеют около 30 процентов каналов, в Туркменистане — около 20 процентов.
«Показательным примером является Каракумский магистральный канал в Туркменистане. Построенный и введенный в эксплуатацию в 1967 году, сегодня он доставляет только около половины воды, забираемой из Амударьи», — говорится в оценке Всемирного банка.
Через Каракумский канал ежегодно перебрасывается до 12 кубических километров воды — примерно пятая часть стока Амударьи.
Экологи считают, что модернизация подобных объектов остается одной из главных задач региона.
Туркменский эколог и правозащитник Фарид Тухбатуллин говорит, что реконструкция только одного крупного канала не решит проблему без обновления всей системы доставки воды.
«От того, что в этом канале будет больше воды сохранено, не значит, что эта вода также дойдет до полей. Это же надо делать и с каналами первого порядка, второго порядка. Эти каналы давно уже многие не реконструировались, не очищались», — говорит Тухбатуллин.
Как Узбекистан пытается сократить потребление воды
На фоне роста дефицита водных ресурсов Узбекистан начал реформирование сельского хозяйства и внедрение технологий, которые должны снизить расход воды.
Одним из ключевых направлений стала кластерная система в сельском хозяйстве, которая предполагает объединение производителей сырья, переработчиков и поставщиков в единую производственную цепочку. Власти рассчитывали, что такая модель позволит привлечь инвестиции и ускорить внедрение современных методов орошения и другие водосберегающих технологий.
По официальным данным, сегодня такие системы применяются на 2,6 миллиона гектарах орошаемых земель — это около 60 процентов от общего объема. Власти утверждают, что в 2025 году благодаря этим технологиям удалось сэкономить около двух кубических километров воды.
Однако эксперты считают, что одних технических решений недостаточно.
Алишер Ильхамов из Central Asia Due Diligence утверждает, что проблема не только в способах подачи воды, но и в самой модели сельского хозяйства. По его словам, у фермеров, особенно занятых в хлопковом секторе, ограниченные возможности самостоятельно выбирать культуры и принимать решения по использованию земель.
«Фермеры сейчас остаются, особенно в хлопковом секторе, подневольными. Под диктатом централизованной командной экономики. Они не имеют права распоряжаться своей землей, решать, какие культуры сеять», — говорит Ильхамов.
Он считает, что вместо административных методов необходимо создавать экономические условия, при которых фермеры сами будут заинтересованы в сокращении потребления воды и внедрении современных технологий.
«Те меры, которые принимает правительство, далеко недостаточны, чтобы избежать надвигающийся кризис, который случится буквально через 2–3 года», — считает эксперт.
Главный показатель остается неизменным
Несмотря на рост числа проектов по внедрению водосберегающих технологий, объем забора воды из Амударьи существенно не сократился.
Значительная доля речного стока по-прежнему используется для сельского хозяйства, а до Аральского моря доходит лишь небольшая часть воды.
Эксперты отмечают, что строительство Кош-Тепа может усилить существующее давление на водную систему региона, однако само по себе не является единственной причиной будущих проблем.
По их мнению, эффективность использования воды станет главным фактором, который определит последствия запуска афганского канала.
Первые проблемы строительства Кош-Тепа
Сам проект Кош-Тепа также столкнулся с техническими сложностями еще до выхода на полную мощность.
В конце 2023 года спутниковые снимки показали утечку воды на одном из участков строящегося канала. В результате вода растеклась на территории площадью около 30 квадратных километров.
Инцидент вызвал дополнительные вопросы о качестве строительства и способности афганской стороны обеспечить надежную эксплуатацию сложного гидротехнического сооружения.
