Бермет Турсалиева организовывает пешие походы по горам Кыргызстана. Туристический бизнес выглядит многообещающе, но обременительный пограничный контроль в Центральной Азии, по мнению гида, нужно ослабить.
«Если мы будем сотрудничать с туроператорами из соседних стран и укреплять региональную интеграцию, этнотуризм может развиваться еще лучше. В этом случае мы могли бы организовывать этнические туры по Центральной Азии», — говорит Турсалиева в комментарии Кыргызской службе Радио Свободгая Европа/Радио Свобода.
Турсалиеву могут воодушевить недавние политические инициативы лидеров Центральной Азии по упрощению пограничного контроля для туристов. Но в прошлом подобные шаги блокировали влиятельные службы безопасности региона и глубоко укоренившиеся авторитарные инстинкты.
Путешествие по Шелковому пути
В последние годы Центральная Азия стала популярным местом отдыха для туристов из стран Запада, ищущих уединения вдали от проторенных маршрутов. От древней архитектуры Шелкового пути до захватывающих горных походов — в этом регионе каждый найдет что-то для себя.
В социальных сетях полно видео с хэштегами #dadlore и #sidequest, на которых молодые люди разбивают юрты и катаются на лошадях по степи, а гиды, предлагающие индивидуальные туры по системе «все включено», ориентируются на потребности тех, кто ищет более комфортный и тщательно продуманный отдых.
Однако серьезной проблемой для западных туристов остаются перемещения между странами Центральной Азии после прибытия. Привлекательность посещения нескольких стран за одну поездку очевидна из-за высокой стоимости перелета и длительного времени в пути.
«Люди, приезжающие сюда, обычно хотят посетить две или три страны одновременно, — говорит эксперт по туризму из Казахстана Еркин Тикенов в интервью РСЕ/РС. — Центральная Азия расположена далеко от крупнейших мировых туристических центров, и добраться до этого региона занимает много времени. Логично, что турист… хочет увидеть многое за короткий период времени».
Эта идея понятна не только для туристов, но и для местных жителей, таких как Турсалиева, работающих в этом секторе.
«Из Оша (в Кыргызстане) они могут попасть в Узбекистан или через Баткен в Таджикистан. Село Зардали в Баткене само по себе является туристической достопримечательностью. Также есть исторические места и мавзолеи в Андижанской области Узбекистана и в Самарканде», — объясняет она.
«Таджикистан предлагает свои культурные достопримечательности, а Казахстан известен своими традиционными целителями. Мы хотели бы показать все эти места», — добавляет Турсалиева.
Однако отсутствие визовой системы и неорганизованный пограничный контроль в регионе означают, что говорить легче, чем делать.
Несмотря на то, что многие страны Центральной Азии ввели безвизовый режим для иностранных туристов, процесс получения штампа о въезде и выезде из каждой страны на границе приводит к длинным очередям. Разрозненные правила и разрешения еще больше усложняют ситуацию.
Например, для посещения Горно-Бадахшанской автономной области Таджикистана, которая занимает почти половину территории страны, требуется разрешение, даже если вы можете въехать в страну без визы. Дополнительные разрешения, которые можно получить только внутри страны, необходимы для посещения озер Зоркуль и Сарез.
Этот длительный процесс, наряду с многочисленными проверками, которые должны пройти иностранные туристы, создает значительные сложности для тех, кто надеется увидеть одни из самых красивых достопримечательностей страны.
Единая визовая система, требующая всего одной заявки, и упрощенная процедура на границе позволили бы сократить эти препятствия.
«Азиатский Шенген»
Привлекательность такой системы не ускользнула от внимания правительств стран Центральной Азии.
На неформальном саммите лидеров государств региона 31 июля президент Кыргызстана Садыр Жапаров призвал к сотрудничеству в создании единой визовой системы.
В действительности это не новая идея. Впервые она была предложена Казахстаном в 2018 году, когда идея о создании «азиатского Шенгена» по образцу ЕС позволила бы иностранцам свободно перемещаться между Казахстаном, Кыргызстаном, Узбекистаном, Таджикистаном и Туркменистаном.
Но прогресс был медленным и полным препятствий. Лишь в 2025 году был подписан договор, определяющий давно оспариваемую трехстороннюю границу между Узбекистаном, Таджикистаном и Кыргызстаном.
Глава Агентства по развитию туризма в Кыргызстане Эдуард Кубатов говорит РСЕ/РС, что ведется работа по созданию единой системы.
«Это укрепит экономическую, социальную и культурную интеграцию Центральной Азии и облегчит безопасное пересечение границ. Сейчас мы ведем переговоры с Узбекистаном; они готовы оказать поддержку. Мы также ведем переговоры с Казахстаном и Таджикистаном», — сообщил он.
Туризм в последние годы растет, хотя и с относительно низкого базового уровня.
Согласно исследованию «Влияние туризма на экономику Центральной Азии» Всемирного совета по путешествиям и туризму, которое было представлено в июне 2026 года, общий вклад туризма в ВВП Центральной Азии вырос с 6,7 млрд долларов в 2020 году до 20,1 млрд долларов в 2025 году.
Турсалиева замечает это по росту интереса к горным походам.
«Год назад ситуация в Беш-Таше, в Таласе (на северо-западе Кыргызстана) была иной. За год заметен прогресс. Улучшились условия в хостелах и предоставляемые услуги, а также качество питания», — говорит она.
Но в регионе, где авторитарные правители стремятся ограничить передвижение людей — и где есть серьезные опасения по поводу терроризма и контрабанды — экономического стимула для развития туризма недостаточно для открытия границ.
«В то время как президенты на словах говорят "да, да", правоохранительные и разведывательные органы… похоже, неохотно это делают», — считает Тикенов.
Лука Анчески, профессор евразийских исследований в Университете Глазго, в интервью РСЕ/РС отмечает, что свободное перемещение граждан есть только между Казахстаном и Кыргызстаном, которые являются членами Евразийского экономического союза.
Без свободного передвижения самих граждан Центральной Азии единая туристическая виза немыслима, считает он: «Такая система должна применяться одинаково как к гражданам Центральной Азии, так и к гражданам других стран».
Эксперт по безопасности Центральной Азии Эдвард Лемон тоже выражает скептицизм.
«Туркменистан вряд ли присоединится к такой схеме, — говорит он РСЕ/РС. — Он остается одной из самых закрытых стран мира, и въехать туда очень сложно. Таджикистан также использует безопасность границ как причину, по которой посещение страны относительно затруднено».
Несмотря на то, что официальное отношение к туризму в стране изменилось в начале 2025 года с введением системы электронных виз, туристы в Туркменистане сообщают о жестких ограничениях на фотосъемку и передвижение внутри страны.
В предоставлении виз часто отказывают произвольно, и ни местные жители, ни представители туристической индустрии пока не заметили увеличения числа туристов после этих изменений.