Когда в конце 2012 года Си Цзиньпин был назначен генеральным секретарем Коммунистической партии Китая, а затем в 2013 году возглавил страну, она уже становилась важным торговым партнером Центральной Азии, однако ее долгосрочные амбиции в регионе, традиционно находившемся под влиянием России, оставались неясными.
Данные, собранные Радио Свободная Европа/Радио Свобода (RFE/RL), показывают, что период правления Си Цзиньпина сопровождался масштабным расширением дипломатических контактов, которые помогли превратить Пекин из влиятельного соседа в главного экономического партнера Центральной Азии — отношения, способные изменить будущее региона.
Согласно данным RFE/RL, с 2013 года Си Цзиньпин совершил 15 визитов в страны Центральной Азии — больше, чем любой другой китайский лидер.
«При Си Цзиньпине Центральная Азия перестала рассматриваться исключительно как буферный регион на границе Китая и превратилась в ключевой стратегический коридор, связывающий Китай с Евразией, Ближним Востоком и Европой, — заявил RFE/RL управляющий директор Общества Oxus по изучению Центральной Азии и соавтор книги «Ответная реакция: борьба Китая за влияние в Центральной Азии» Брэдли Джардин. — Си считает Центральную Азию стратегически незаменимой».
Этот период также совпал с 34 двусторонними визитами в Китай президентов Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана за последние 13 лет.
По количеству визитов лидируют Казахстан и Кыргызстан — по восемь визитов каждый, за ними следует Таджикистан с семью визитами. Кроме того, Китай и страны Центральной Азии активно взаимодействуют в рамках ежегодных саммитов, таких как Шанхайская организация сотрудничества (ШОС) и саммит «Китай — Центральная Азия», который впервые прошел в 2023 году как первый официальный формат встреч Пекина и стран региона без участия России.
На протяжении эпохи Си контакты на высшем уровне оставались стабильными, хотя и неравномерными. С 2020 по 2022 год из-за пандемии COVID-19 китайский лидер не покидал страну и проводил встречи только в онлайн-формате или по телефону. Международную изоляцию он прервал в сентябре 2022 года государственным визитом в Казахстан, после чего принял участие в саммите ШОС в Узбекистане.
Новая форма китайского присутствия
Данные RFE/RL показывают, что при Си Цзиньпине дипломатическая активность Китая в Центральной Азии не только расширилась, но и углубилась на всех уровнях.
Ван И, назначенный министром иностранных дел Китая в 2013 году и занимавший этот пост почти непрерывно (за исключением короткого периода с января по июль 2023 года), поддерживал регулярные контакты с лидерами и высокопоставленными чиновниками Центральной Азии. С 2013 по 2026 год ежегодно проходили встречи высокого уровня между Китаем и странами региона.
При Си также заметно выросло взаимодействие между властями и бизнесом китайского Синьцзяна и странами Центральной Азии. Синьцзян граничит с регионом и имеет глубокие исторические связи с ним, однако одновременно стал источником напряженности после начавшейся в 2017 году кампании Пекина, в результате которой более миллиона уйгуров, казахов, кыргызов и других мусульманских меньшинств оказались в лагерях массового содержания.
Несмотря на негативную реакцию части населения Центральной Азии, данные RFE/RL свидетельствуют о резком росте контактов на уровне Синьцзяна начиная с 2023 года: 17 визитов в 2023 году, 20 — в 2024-м и как минимум 10 — в 2025-м.
Эпоха Си набирает обороты
Си Цзиньпин продолжил курс своих предшественников и быстро сделал Центральную Азию одним из приоритетов внешней политики Китая.
В 2013 году он посетил Казахстан, Кыргызстан, Туркменистан и Узбекистан. Именно в Астане в первый год своего пребывания у власти Си представил сухопутную часть инициативы, которая позже получила название «Один пояс, один путь» (BRI) — глобального проекта, открывшего путь китайским компаниям и способствовавшего смещению экономического центра тяжести Евразии в сторону Китая.
Эта инициатива стала одной из визитных карточек внешней политики Си, хотя китайские стратеги работали над ней задолго до ее официального запуска. В 2012 году влиятельный китайский ученый Ван Цзиси, бывший декан факультета международных исследований Пекинского университета, представил стратегию масштабного экономического и дипломатического продвижения Китая на запад через Центральную Азию для укрепления влияния в Евразии. Получившая название «Поход на Запад» стратегия стала ответом на планы США усилить внимание к Восточной Азии, а многие ее идеи легли в основу инициативы «Пояс и путь».
Этот проект был одновременно частью долгосрочной стратегии и прагматичной реакцией на экономические реалии.
Китай относительно успешно пережил мировой финансовый кризис 2008 года, однако столкнулся с проблемой избыточных производственных мощностей и потребностью в новых рынках. Кроме того, после того как в 2010 году Китай обогнал Японию и стал второй экономикой мира, многие страны Евразии стремились привлечь китайские инвестиции, имея ограниченный доступ к западному и российскому капиталу.
«Китай значительно усилил свои позиции и свой имидж во всех пяти странах Центральной Азии, и, на мой взгляд, это было осознанной политикой Си Цзиньпина», — заявил RFE/RL Джордж Крол, занимавший пост посла США в Узбекистане в 2011–2014 годах и в Казахстане в 2015–2018 годах.
После распада Советского Союза Китай долго определял свое отношение к новым центральноазиатским соседям, которые переживали тяжелые экономические трудности, гражданские войны и политические кризисы.
В 1990-х годах Пекин действовал осторожно, сосредоточившись на внутреннем развитии и постепенно расширяя присутствие в Центральной Азии, во многом из-за опасений относительно реакции нестабильной постсоветской России.
«Очевидно, предпринимались усилия по включению соседних территорий в сферу китайского влияния, но без попыток раздражать или провоцировать россиян», — отметил Крол.
В течение следующего десятилетия китайские власти все чаще рассматривали Центральную Азию как стратегически важный и богатый ресурсами регион, имеющий ключевое значение для безопасности Китая благодаря своему расположению рядом с Афганистаном и Синьцзяном.
Предшественник Си Цзиньпина, Ху Цзиньтао, за время своего пребывания у власти с 2003 по 2012 год совершил 13 государственных визитов в Центральную Азию. Семь из них пришлись на Казахстан, который и сегодня остается главным партнером Китая в регионе.
Не только дипломатия на высшем уровне
Хотя запуск инициативы «Пояс и путь» стал символом растущего влияния Китая и расширения присутствия китайского бизнеса, другой важной особенностью эпохи Си стала возрастающая роль Синьцзяна в отношениях с Центральной Азией.
«Синьцзян больше не является просто приграничным регионом китайской внешней политики. Он все больше превращается в дипломатический и логистический центр взаимодействия Китая с Центральной Азией, — говорит Джардин. — Пекин использует Синьцзян как платформу для торговой интеграции, управления границами, развития инфраструктуры и все чаще — политической координации с соседними государствами».
Первые официальные делегации партийных чиновников из Синьцзяна начали посещать страны Центральной Азии в 2015 году, однако развитие этих контактов замедлилось из-за расширения системы лагерей для интернированных и пандемии COVID-19.
Тем не менее данные RFE/RL показывают устойчивый рост активности начиная с 2023 года, после снятия ковидных ограничений в Китае и на фоне стремления китайских компаний расширять присутствие на зарубежных рынках. Связывание Синьцзяна с Центральной Азией давно является одной из целей китайской политики и получило дополнительный импульс благодаря росту торговли и инвестиций после запуска инициативы «Пояс и путь».
Основными направлениями для делегаций высшего партийного и государственного руководства Синьцзяна стали Казахстан и Узбекистан — два крупнейших рынка региона, а также страны с крупнейшими казахскими и узбекскими диаспорами, связанными с Синьцзяном. Это формирует отдельный канал китайского взаимодействия на региональном уровне, существующий параллельно с официальной дипломатией Пекина и сосредоточенный на вопросах управления границами, торговли и безопасности.
«После многих лет международной критики политики в Синьцзяне Пекин, похоже, переходит от этапа, основанного на усилении мер безопасности и интернировании, к этапу региональной нормализации и реинтеграции», — считает Джардин. «Активизация дипломатии Синьцзяна в Центральной Азии является частью этих усилий».
Взаимодействие Китая со странами региона продолжает расширяться. В этом году Китай уже посетили национальный лидер Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедов и президент Таджикистана Эмомали Рахмон. В августе Си Цзиньпин также планирует посетить Кыргызстан, где пройдет очередной ежегодный саммит ШОС.