Американское издание Diplomat опубликовало расследование о Шахмурате Муталипе. За короткое время этот казахстанский бизнесмен получил контроль над крупными активами и останавливаться, по всей видимости, не намерен. Авторы изучили, как он приобрёл компанию Integra Construction KZ — подрядчика-монополиста с дорогими госконтрактами — при необычных обстоятельствах. Еще расследователи изучили связи между компаниями, входящими в его бизнес-структуры.
Авторы, казахстанская журналистка Ардак Букеева и британский журналист Крис Риклтон, начинают расследование с фотографии, опубликованной в соцсети VK. На ней — несколько школьных приятелей, в том числе Дархан Кызайбаев, Кудрат Шамиев и Шахмурат Муталип. Годы спустя эти малоизвестные люди вместе окажутся в компании, буквально скупающей активы в добывающей отрасли и получающей госконтракты на миллиарды долларов.
Муталип — центральная фигура этой бизнес-империи. С недавнего времени он владелец компании Integra Construction KZ, которая доминирует в железнодорожной отрасли. Расследователи утверждают: нет никаких свидетельств о наличии Муталипа крупного капитала до того, как он купил Integra. Но в 2022 году он стал единственным владельцем, заплатив сумму значительно ниже предполагаемой стоимости компании.
Эти операции позже в суде оспаривал Нацбанк Казахстана. Согласно судебным документам, с которыми ознакомились расследователи, через полгода после сделки Муталип получил от другой компании заём на ту же сумму, что была потрачена на покупку Integra. Авторы пишут, что заём был выдан компанией, связанной с Integra через управленческий состав. При этом было возвращено лишь 5 процентов суммы, остальная часть была фактически списана.
Также расследователи выявили связи Муталипа с предприятиями железнодорожной отрасли. Одно, «Актюбинский рельсобалочный завод», получило контракт на 350 миллиардов тенге от национальной компании «Казахстан Темир Жолы».
Связанные с Муталипом структуры также получили контракты на строительство Экибастузской ГРЭС-3 и газоперерабатывающих мощностей на нефтегазовом месторождении Кашаган.
В этом году 35-летний бизнесмен купил «Алтыналмас». Компания входит в тройку крупнейших золотодобывающих компаний страны. Стоимость сделки неизвестна. Зато известно, что ранее компания принадлежала зятю экс-президента Назарбаева, Тимуру Кулибаеву, а затем — олигархам, владевшим группой «Казахмыс».
Кроме того, есть информация, что Муталип пытается приобрести контрольный пакет компании Kazzinc и 40 процентов компании Eurasian Resources Group (ERG). Их стоимость оценивается в миллиарды долларов.
Ранее расследование о Шахмурате Муталипе делал и Азаттык. Журналисты выяснили, что он владеет строительной компанией, прежде входившей в структуры Кайрата Шарипбаева. Его называют гражданским мужем Дариги Назарбаевой, старшей дочери экс-президента.
Вот что рассказала о выводах опубликованного в Diplomat’е расследования один из ее авторов Ардак Букеева, в прошлом — редактор по рейтингам казахстанского журнала Forbes.
Азаттык: Ранее Азаттык также проводил расследование, пытаясь ответить на вопрос, кто стоит за Шахмуратом Муталипом. Вы тоже постарались глубже разобраться в теме и раскрыли множество деталей. Позвольте задать вам тот же вопрос: рассматриваете ли вы Муталипа как самостоятельную фигуру или кто-то стоит за ним?
Ардак Букеева: Кто-то есть — это однозначно. Журналистскому расследованию в этой стране очень трудно установить, кто за кем стоит. По крайней мере эта работа не такого небольшого срока, как заняло наше расследование. Это требует гораздо большего времени и гораздо больших возможностей для того, чтобы начать выяснять. Но это и не наша задача, потому что мы всё-таки не расследователи Агентства финансового мониторинга или Антикоррупционного агентства. Мы, журналисты-расследователи, делаем то, что можем.
Мы в нашем расследовании документально показали, что происхождение денег абсолютно туманно. И не только на покупку дорогих активов, которые имеются сейчас. В целом переход Integra её управляющему директору не проясняет ситуацию. Даже по официальным документам невозможно понять, каким образом, почему происходила эта сделка?
Я давно слежу за Шахмуратом Муталипом. Идея расследование провести для Doplomat’а не моя, Криса Риклтона. Но сама я давно интересовалась этой фигурой, ещё когда работала в Forbes. Когда я делала рейтинг богатых, как мы это делали? Мы отслеживали крупные компании, которые, по идее, много стоят, и искали их хозяев. С Integra было страшно непонятно. По разговорам с участниками рынка было известно, что это очень влиятельная компания, очень хорошо получающая госзаказы и так далее.
Предыдущий хозяин, Орифджан Шaдиев, был в нашем списке. Мы знали, что Крупное казахстанское предприятие, специализирующееся на строительстве, реконструкции и капитальном ремонте железнодорожных путей, а также автомобильных дорог и инфраструктурных объектов зарегистрирована на него, у него есть ещё банки, он племянник Патох Шодиев — предприниматель и миллиардер, родился в 1953 году в Узбекистане; является одним из основателей международной горно-металлургической группы Eurasian Resources Group (ERG), в которой 40 процентов принадлежит правительству Казахстана. — в общем, примерно понятно, откуда деньги. Он еще очень хорошие кредиты на развитие получал от БРК (Банк развития Казахстана. — Ред.). Его компании строили всякие склады под 6 процентов годовых в тенге.
Но потом неожиданно становится хозяином компании Шахмурат Муталип, о котором у нас вообще ничего нет. Мы начинаем искать, смотреть, еще с аналитиками в Forbes, и просто не видим его бизнес-историю. Какие-то мелкие компании с нулевыми налогами, недавно созданные, участвуют в этой сделке. И больше он нигде особо как бизнесмен он не всплывает. Всё время он был наёмным менеджером, хорошим, наверное, раз так хорошо рос. И вот у него компания Integra Construction KZ, которая стоит достаточно для того, чтобы её хозяин был включён в список Forbes. Но начальные деньги непонятные. Тогда мы не смогли найти, и задачи такой не стояло — выкапывать. Не наш клиент и всё.
Когда мы рассмотрели Судебный спор между Нацбанком Казахстана и Орифджаном Шодиевым вокруг продажи компании Integra, которую Шодиев передал Шахмурату Муталипу по подозрительно низкой цене и через сложную схему сделок, вызвавшую подозрения в попытке скрыть активы от кредиторов; Нацбанк оспорил законность этих операций и в 2023 году добился признания сделки недействительной, однако в 2024 году Верховный суд отменил это решение, при этом регулятор уже отказался от претензий на физические активы Шодиева, там очень странный переход через несколько компаний интегрирован. Когда начались проблемы у Шадиева с Нацбанком, потому что его банки, как все банки, получили государственную помощь, когда был кризис, когда Резкое падение тенге произошло в августе 2015 года, когда Национальный банк Казахстана перешёл к свободно плавающему курсу, из-за чего валюта резко обесценилась (примерно на 30–40% за короткий период); после этого банковский сектор столкнулся с серьёзными проблемами, и в 2017–2018 годах государство оказало масштабную поддержку банкам через программу оздоровления, направив миллиарды долларов на докапитализацию и выкуп проблемных активов.. Банкам помогли, он эту помощь никак не возвращал. У него была череда слияний и поглощений, удачных и неудачных. В итоге он оказался фактически банкротом. Но у него же был актив хороший, Integra, фактически монополист на строительстве железной дороги — «Жол Жөндеуші».
Когда эта компания была в КТЖ, она занималась именно ремонтом, строительством. Это была единственная специализированная компания по строительству железных дорог. Её не обойдёшь. Она регулярно получала деньги, работу.
Но её не может взять Нацбанк в залог, потому что она через серию сделок переходит к Муталипу. Если бы, допустим, она перешла к бизнесмену с историей, то это было бы более или менее понятно. Если бы она перешла к человеку с громкой фамилией, мы тоже бы поняли, откуда ветер дует и почему так происходит.
А тут человек, как хозяин бизнеса не засветившийся. Через эти документы выяснилось, что он купил компанию, то есть не бесплатно [взял]. Он её купил, но за сумму, которая была в четыре раза меньше, чем налоги этой компании за год. И это, конечно, вызывает вопросы. Поэтому суд признал аргументы Нацбанка о том, что сделка, мнимая для вывода из-под залога, и отменил ее.
Но эти 15 миллиардов находятся у Шадиева, которые столько времени не мог заплатить и дело дошло до суда, он их моментально выплачивает, Верховный суд отменяет решение нижестоящего суда. И у Нацбанка больше нет оснований предъявлять какое-то претензии, он же не распоряжается железнодорожными компаниями. Долг погасили, и дело закончилось.
В итоге эта сделка становится реальной, и Муталип, сейчас ему 35 лет, когда все затевалось, ему было 31-32, просто управляющий, становится хозяином этой большой компании. То ли он такой прекрасный руководитель, то ли включаются какие-то другие силы, но компания бешено растет: обороты, госзаказы. Она теперь строит не только дороги, но и другие объекты, крупнейшие и важнейшие. Мы слышали, что она будет метро [в Алматы] дальше прокладывать.
У меня нет сомнений, и на рынке это говорят, что компания квалифицированная, выполняет свои обязательства качественно, в срок. Вопрос только один: как железнодорожностроительная компания так легко получает практически половину горнометаллургического комплекса Казахстана?
Он не горняк, никто в его команде не горняки, его команда — это его одноклассники, с хорошим, возможно, образованием. Он сам с красным дипломом закончил университет «Туран», и бакалавриат, и магистратуру. В Малайзии потом учился.
Есть подозрение, что и Орифджан Шадиев не был совсем самостоятельным в своём владении «Жол Жөндеуші». Но доказательств этого у нас пока нет.
И ещё что показало наше расследование: мы видим одну итальянскую компанию, Todini Costruzioni Generali S.p.A., имеющая послевоенные корни и реализующая проекты за пределами Италии; в 2016 году она была приобретена Орифджаном Шодиевым, а позже частично связана с бизнес-структурами Шахмурата Муталипа, компания получила субподряд на сумму около 16 млрд тенге для работ на железнодорожной линии Достык–Мойынты, она работала еще во времена Шадиева. Они сотрудничали c Integra. Теперь у неё другие хозяева. Мы не смогли выйти на конечных бенефициаров и на лицо, аффилированное с компанией Integra.
Ещё странный момент: председатель попечительского совета [в компании Муталипа] награждён медалью КНБ. Естественно, это вызывало большие вопросы. Даже была версия у меня лично до этого расследования, что там нити ведут к нашим безопасникам.
Но выяснилось, что он тоже одноклассник Шахмурата Муталипа, тоже давно занимается логистическим бизнесом и они друзья. Вообще это особенность Шахмурата Муталипа — у него очень хорошая команда одноклассников, они все друзья. И как мне их учителя говорили, они очень хорошие ребята, умные, толковые, способные, что это был замечательный выпуск. Это всего лишь один выпуск обычной трёхэтажной старой школы села КазЦИК (сейчас село имени Аскара Токпанова. — Ред.).
Ну что я могу сказать: невероятно талантливые ребята, но может ли просто талант к этому возрасту в Казахстане вывести на такие сделки?! На активы олигархов «старого Казахстана»?! Эти вещи не решаются просто деньгами. Нужно иметь очень большое влияние, «добро» сверху, чтобы на такие сделки тебе дали разрешение, тем более, вот ERG, там же 40процентов — у государства.
Все компании эти сырьевые, эти лицензии, эта добыча — всё должно происходить через разрешение регулятора, согласования и так далее. Это всё получить в Казахстане одним талантом, умением и даже просто заёмными деньгами невозможно. За этим всем кто-то есть точно.
Азаттык: Можете ли вы обозначить вопросы, которые вызывают сомнение и остаются без ответа в процессе приобретения Муталипом этих компаний?
Ардак Букеева: Мы совершенно не знаем, на какие средства собираются приобретать эти компании. Это большие сделки. 70 процентов Международная сырьевая корпорация, владелец крупной казахстанской горнодобывающей компании Kazzinc оценивается в 3,5 – 4 миллиарда долларов. 40 процентов ERG, то есть доля наследников Машкевича и доля Патоха Шодиева, совокупно оценивается в 1,4 миллиарда.
«Алтыналмас» — это вообще фантастическая сделка, потому что она происходит в момент, когда золото достигло невиданных высот — $5000 за унцию. Такого никогда не было. Одни только дивиденды составили свыше 250 миллионов долларов. Мне трудно даже себе представить, за сколько можно купить такую компанию.
Кто-то же должен был профинансировать эту сделку, и она происходит без какого-либо предварительного объявления: компаниями, правительством.
Есть такая версия, вне нашего расследования, что «Алтыналмас» был продан Муталипу как раз для того, чтобы было чем финансировать покупку других горнометаллургических компаний, потому что золото — это живая вещь у нас. Ты добываешь, и всё золото у тебя покупает Нацбанк, тебе не нужен никто больше. Причём покупает по рыночной цене. Это нереальные деньги.
[Владельцы] наших финтехов, Kaspi и Freedom, их состояние не доходит до десятка миллиардов долларов — даже при нынешнем обесценившемся долларе. Трудно сказать, что должно стоять за Integra, Муталипом и его группой, чтобы покупать активы, которые в совокупности стоят никак не меньше, чем состояние самого богатого человека в Казахстане. И это деньги, которые надо отдать.
Допустим, это не деньги, допустим, это то, что будут отдавать покупатели. Трейдеры дают тебе деньги на покупку, а потом в течение пяти лет забирают всю свою продукцию. Как Швейцарская трейдинговая компания Mercuria Energy Group. В начале года она выделила 1,2 миллиарда долларов США на покупку корпорации «Казахмыс» Нурланом Артыкбаевым (главой строительной группы Qazaq Stroy) у предыдущих владельцев — Владимира Кима и Эдуарда Огая. делает с «Казахмысом». Вся медь, добываемая «Казахмысом», будет отдаваться на уплату. Хорошо, трейдеры так работают, но трейдеры ведь тоже кому попало, с улицы, не дадут миллиарды долларов. Должно быть чье-то очень весовое слово, но не абсолютного новичка, которого на рынке никто не знает.
Азаттык: Со стороны политической власти ранее продвигались нарративы о «старом» и «новом» Казахстане. Часто оценивают именно через это деление. Есть неофициальные разговоры, что подобная фильтрация происходит и среди влиятельных предпринимателей. При этом карьерный рост Муталипа совпадает с периодом политических изменений в стране. Рассматриваете ли вы его как олигарха новой системы? Согласны ли вы, что концентрация крупного капитала в его руках произошла на основе политических решений на высшем уровне?
Ардак Букеева: Наверное, это совершенно естественно для страны вроде нашей. Это было неизбежно, потому что олигархи назарбаевского периода могут быть опасны для нынешней власти. Вот эти постоянно запускаемые в общество слухи, что Назарбаевы хотят вернуться, захватить власть, по-моему, абсолютно смешные.
Как только прозвучит фамилия «Назарбаев», реакцию, наверное, мы себе представляем. Но они могут через кого-то, через что-то влиять. Чтобы уменьшить их влияние, нужно подрубить финансовую основу их экономики.
Станут ли новые владельцы всех этих активов новыми олигархами Казахстана? Это вопрос открытый. Потому что у них гораздо меньше времени, чем было у старых олигархов.
У старых олигархов была какая-то законная основа — первичная приватизация. Мы же помним, как это происходило: была государственная собственность, которую приватизировали на любых условиях, лишь бы человек что-то из этого делал, чтобы оно не сдохло совсем, как сдохло многое.
Тут подкопаться очень тяжело. Государство сочиняло условия, и сделки между государством и этими людьми происходили на основе постановлений правительства и так далее.
А что будет с этими сделками, когда к власти в Казахстане придут другие люди. Вы думаете, они не захотят получить свою экономическую подпитку, свой экономический рычаг и таким образом сделать более устойчивой свою власть?!
А тут всё происходит совершенно странным образом. Тогда было более или менее понятно. Все эти люди, часть из них, если она даже не была талантливыми бизнесменами, была приближена к президенту, к его семье. Они долгие годы составляли один партхозактив, вместе работали.
А здесь люди вообще непонятно откуда: Нурлан Артыкбаев, Шахмурат Муталип. Сейчас на них всё это записано. Но мы не знаем, на кого записано где-то за пределами Казахстана, в каком-нибудь уютном офшоре. Какие существуют договоры между ними всеми, которые не обнародуются сейчас и тоже хранятся в каких-то сейфах.
Таких историй много было в казахстанской экономике, когда по здешним документам владелец остаётся один, а у компании, которая владела, где-то далеко в офшоре меняется хозяин. Поэтому тут тоже может произойти всякое.
Я считаю, что это вот наша усиливающаяся секретность движения капитала, сделок с крупнейшими активами — это очень опасно. Мы до сих пор не знаем, откуда взялись деньги на покупку Qarmet’а Андреем Лаврентьевым. Вот у него долгая бизнес-история, но из нее никак не следует, что у него были деньги на В 2023 году бизнесмен-авторитейлер Андрей Лаврентьев стал владельцем «АрселорМиттал Темиртау», выкупив активы компании, в том числе шахты Карагандинского угольного бассейна и металлургический комбинат в Темиртау, у международной компании ArcelorMittal индийско-британского миллиардера Лакшми Миттала. Откуда-то эти деньги взялись. А сейчас Андрей Лаврентьев создает новую партию — «Әділет». И среди инициаторов этой партии есть даже один член путинского клуба «Валдай» Марат Шибутов. Поэтому эта секретность, за ней может таиться бог знает что.
Азаттык: Ранее компанию «Казахмыс» приобрел Нурлан Артыкбаев. Отмечалось, что у бизнесмена из строительной отрасли не было достаточно средств для покупки, тем не менее сделка состоялась. До этого «АрселорМиттал» перешла Лаврентьеву. В случае с Муталипом доли сразу в нескольких крупных компаний переходят к одному учредителю. Что вы видите за этими процессами?
Ардак Букеева: Сейчас транзитный период. Он нуждается в экономической поддержке. Это же не просто дорогие компании, там работают сотни, тысячи людей, они очень трудоёмкие, там большие штаты. Это вам не «нефтянка». Может быть, они думают, что по наущению «старого Казахстана», допустим, Владимир Ким устроил бы какую-нибудь забастовку на «Казахмысе» или какие-нибудь провокации: «дуют на воду».
Может быть, и надо, потому что ходят же слухи, что там деньги и доли старой элиты. Мы-то видим только [Владимира] Кима, [Эдуарда] Огая и [Олега] Новачука (бывшие акционеры «Казахмыса». — Ред.), а кто там ещё в дополнительных соглашениях присутствует, мы не знаем.
Но видите, как это происходит, это же не национализация. За это платят. Значит, дело не столько в войне против старой элиты. Экономическое право, частная собственность соблюдаются. Поэтому, я думаю, основная цель — обеспечить транзит такой подушкой, экономической, финансовой. Как японцы строят свои здания, и во время землетрясения, если и покачается, оно не рухнет. Тут даже думать нечего. Всем понятно, что с этим всё и связано.
Азаттык: Как вы думаете, будет ли этот процесс продолжаться? Бывший премьер-министр Казахстана Акежан Кажегельдин в прошлом году в интервью Азаттыку высказывался о необходимости проведения комплексного аудита крупных производственных компаний, приватизированных различными способами, и их возможном возврате государству. Однако, как мы наблюдаем, крупные корпорации лишь меняют владельцев. Как вы это прокомментируете?
Ардак Букеева: Во-первых, возврат государству — это было бы совсем странно и опасно, потому что «есть у революции начало, нет у революции конца». Я тут не вполне согласна с господином Кажегельдиным в том, что это будет справедливо и правильно, потому что мы прекрасно видим, как государство управляет бизнесом. Фактическими хозяевами этого бизнеса, получающими бенефиты, становятся управляющие, госчиновники. Мы видели это много раз. В общем, это достаточно нерыночно, особенно когда речь идёт о таких больших компаниях.
Государство может науправлять и в убытки влезть. Вот пример, когда [бизнесмена Кайрата] Боранбаева посадили и национализировали его активы, то его фитнес-клуб FitNation оказался в собственности акимата Алматы. Во-первых, он долго не работал. Когда он всё-таки открылся, выяснилось, что новый собственник закрыл бассейн. Там остается один тренажёрный зал. Это, конечно, показатель, поэтому не надо отдавать государству.
Надо, если у вас какие-то там переговоры «под ковром», сделки, если вы кого-то заставили продать свой актив, то по крайней мере, вот эта часть покупающая должна быть не менее подозрительной, чем продающие. Там хотя бы мы знаем, да, кто за всем этим стоит, а здесь же мы вообще ничего не знаем.
Азаттык: Недавно объявили о создании в Казахстане новой партии. В инициативную группу вошли предприниматели из списка Forbes. Изменились ли отношения между государством и крупным бизнесом по сравнению с периодом до 2022 года или просто меняются игроки.
Ардак Букеева: Я не думаю, что что-то изменилось. У меня есть подозрение, исходя из того, как поступают с информационной сферой сейчас, всё подряд зачищают и стерилизуют, что наша власть нынешняя не очень-то доверяет крупному бизнесу по-настоящему и видит некую угрозу для себя.
Когда Токаев объявил: «новый Казахстан», «справедливый Казахстан», меритократия, я была уверена, что в экономический блок правительства позовут успешных бизнесменов: свои компании выстроили, пусть выстроят экономику, они видят болевые точки и так далее. Меня поразило, что такого вообще не произошло.
Почему эти активы не поручается купить кому-то из действительно зарекомендовавших себя бизнесменов? Почему выбираются именно безымянные? Потому что, видимо, они не очень доверяют тем, кто есть. А эти новые будут обязаны всем только им, как некоторые из списка Forbes обязаны всем Назарбаеву, будут бизнесмены, которые обязаны всем Токаеву. И это, конечно, их делает более управляемыми, предсказуемыми.
Что касается новой партии, бизнесмены там, видимо, нужны для финансирования. Эта партия ещё называется не «Свободная экономическая зона», а «Әділет». Не вполне название для партии бизнеса.
В прошлые выборы была создана партия Respublica якобы наших молодых многообещающих бизнесменов. Но пшик из нее вышел. Да, они вошли в парламент. Мы заметили в парламенте голос Respublica? Нет.
Я думаю, что новая партия — это ее аналог. Сейчас наша власть создает, перекупает кучу СМИ разного направления, чтобы иметь под контролем разные группы населения и подавать управляемую информацию. По этой же схеме создаётся и партийная жизнь. Чтобы разные слои населения предполагали, что у них есть своё политическое объединение. Но там человек, которого которому доверили купить Qarmet. Я думаю, это будет вполне управляемая партия.
После покупки Лаврентьевым Qarmet’а мы не имеем ни одного опубликованного финансового отчета за все эти годы, хотя они обязаны его публиковать на DFO (депозитарий финансовой отчетности. — Ред.) как добывающая компания.
Степень открытости обществу деятельности, интересов, внутреннего «движа» этой партии будет примерно такая же.
Посмотрим, зарегистрируют ли хотя бы одну слабо оппозиционную партию, идущую снизу. Я в этом сильно сомневаюсь, да и срок маленький, и движение снизу организовывать уже некому, потому что вычищено всё. Марат Жыланбаев, марафонец наш, сидит в тюрьме который год и половину этого срока провел в ШИЗО. Некому что-либо создавать. Такие дела.
