Утром 7 апреля глава администрации президента Южной Кореи Кан Ху-Сук провел брифинг в Сеуле. Он сообщил, что срочно вылетает в Астану ради новых контрактов о поставке нефти.
Южная Корея закупала больше 60 процентов нефти через Ормузский пролив. И сейчас, когда Иран закрыл маршрут из-за атак со стороны США и Израиля, многие страны столкнулись с жестким дефицитом топлива.
На фоне нефтяного кризиса ОПЕК+, в который входит 22 добывающие страны, разрешил участникам увеличить квоты на добычу нефти в мае на 206 тысяч баррелей. Квота Казахстана возрастает до 1,6 миллиона баррелей.
Аналитик нефтегазовой отрасли Нурлан Жумагулов считает, что правительству Казахстана пора отказаться от всех ограничений, используя ситуацию с максимальной выгодой для себя.
«Компенсацию перепроизводства нефти мы планируем за счёт приостановки производственных объектов на Кашагане и Тенгизе. Но даже это не поможет сдержать показатели нефтедобычи Казахстана в рамках ОПЕК+. Возможно, пора отпустить казахстанскую нефтедобычу в свободное плавание при ограничении предложений добычи на Ближнем Востоке. При текущих ценах можно было бы и отменить запланированный в июне капитальный ремонт на Кашагане», — отмечает Нурлан Жумагулов.
Казахстан может превратиться в одного из бенефициаров конфликта на Ближнем Востоке, поскольку поставки его нефти никак не зависят от заблокированного Ормузского пролива. На фоне новостей о дорожающей нефти в стране ощутимо укрепился курс национальной валюты. Доллар опустился до 460 тенге.
Бюджет сверстан из расчетов 540 тенге за доллар. Эффект от дорогой нефти на самом деле бюджет почувствует лишь через время, поскольку контракты заключаются на будущее.
При этом мировая рецессия из-за проблем с поставками нефти и роста цен на нее рано или поздно ударит и по самому импортозависимому Казахстану, подчеркивают эксперты.
«Ровно как и советская экономика, мы, к сожалению, очень сильно зависим от импорта, и импортируем очень много. Как СССР продавал нефть, чтобы купить хлеб, так и мы продаем нефть, чтобы купить продукты и очень много вещей. Поэтому в краткосрочной перспективе это для нас классно и хорошо, есть плюсы. Собственно, мы это и видим в виде курса [тенге к доллару]. Для нас многие вещи дешевеют, но в дальнем конце это ударит хвостом инфляции. Если всему миру будет плохо, то и нам будет не очень хорошо», — говорит финансовый аналитик из Алматы Андрей Чеботарев.
На фоне блокировки Ираном Ормузского пролива страдает и основной покупатель казахстанской нефти — Евросоюз. Накануне в Германии был зафиксирован новый максимум цен на дизель. Он составил 2,44 евро за литр. Похожая ситуация и в других странах ЕС.
Американо-иранский конфликт далек от своего завершения. Президент США грозит Тегерану уничтожением всей энергетической инфраструктуры за одну ночь, если Иран не прекратит боевые действия и не откроет пролив для свободного судоходства. Власти Ирана отвергают требования США.
Нефть тем временем торгуется уже по 110 долларов за баррель, а на пике было 118. По мнению независимого аналитика Андрея Чеботарева, финансовым властям Казахстана пора начать действия по ослаблению тенге, чтобы получить как можно больше выгоды с нынешних высоких цен.
