Президент Азербайджана Ильхам Алиев вновь публично заявил, что Украина не должна соглашаться с потерей оккупированных территорий. Для Баку эта позиция давно стала официальной линией по вопросу войны России против Украины, однако на фоне осторожной риторики лидеров Центральной Азии заявление Алиева выглядит исключительно. Почему президент Азербайджана может себе позволить столь прямые оценки войны, тогда как главы Казахстана, Кыргызстана, Узбекистана, Таджикистана и Туркменистана — нет?
«Никогда не соглашаться на оккупацию!»
Выступая на медиафоруме в Шуше 13 июля 2026 года, президент Азербайджана практически повторил свой совет Киеву, который он дал год назад: «Никогда не соглашаться на оккупацию».
«Мы всегда поддерживали и будем поддерживать территориальную целостность Украины. Ее суверенитет, нерушимость ее границ. Границы ни одного государства не могут быть изменены насильственно или же без согласия народа этой страны. И тут мы, естественно, в нашей позиции достаточно последовательны и тверды. Ну, а украинскому народу, как говорится, чем можем, мы всегда готовы помогать», — заявил Ильхам Алиев.
Такую позицию Баку объясняет собственным историческим опытом. Почти 30 лет Азербайджан добивался восстановления контроля над Нагорным Карабахом и прилегающим районами, которые считал оккупированными. Земли Баку окончательно вернул осенью 2020 года после 44-дневной войны с армянскими силами.
«Когда началась Вторая Карабахская война, все они требовали немедленно остановиться. Пугали, угрожали, звонили. Все хотели, чтобы мы остановились, чтобы все осталось как есть. Была цель не допустить, чтобы Азербайджан восстановил свои территории. Но эта цель не была достигнута, потому что невозможно сломить волю народа, победить народ, который стремится к независимости, к сохранению своей идентичности», — сказал президент Азербайджана.
Реакция Кремля последовала почти сразу же. Пресс-секретарь президента Владимира Путина Дмитрий Песков заявил, что Москва считает позицию президента Азербайджана по Украине «ошибочной и категорически с ней не согласна».
Центральная Азия выбрала осторожность
После начала полномасштабной войны России против Украины все государства Центральной Азии заявили о нейтральной позиции. Ни одна из стран региона не признала ни российскую аннексию Крыма в 2014-м, ни последующий захват четырех украинских областей в 2022-м. При этом президенты практически избегают публичных оценок самой войны.
На этом фоне выделяется лишь заявление президента Казахстана Касым-Жомарта Токаева летом 2022 года на Петербургском экономическом форуме. Находясь на сцене рядом с Владимиром Путиным, он заявил, что Казахстан не признаёт так называемые «ДНР» и «ЛНР» — сепаратистские образования на востоке Украины. Токаев назвал их квазигосударственными территориями.
«Если право нации на самоопределение в реальности будет реализовано на всем земном шаре, то вместо 193 государств, которые сейчас входят в состав ООН, на земле возникнет более 500 или 600 государств. Конечно же, это будет хаос. По этой причине мы не признаем ни Тайвань, ни Косово, ни Южную Осетию, ни Абхазию. И, по всей видимости, этот принцип будет применён и в отношении квазигосударственных территорий, коими, на наш взгляд, является Луганск и Донецк», — заявил тогда Касым-Жомарт Токаев.
Тогда эти слова Токаева стали одной из самых обсуждаемых политических тем года. Многие восприняли их как демонстрацию самостоятельной позиции Казахстана. Они словно нивелировали его заявление от 2019 года, когда в интервью Deutsche Welle он сказал, что не считает события 2014 года в Крыму «аннексией».
Однако впоследствии риторика официальной Астаны стала заметно более сдержанной.
«Касым-Жомарт Токаев выбирает максимально нейтральные выражения по поводу войны. В прошлом году, к примеру, он начал даже говорить, что Россия непобедима на поле боя. Эти формулировки показывают, что Казахстан находится в зависимости от России. Наши лидеры пытаются не провоцировать Москву, не ставить себя в позицию оппонирующей», — считает директор независимого исследовательского центра PaperLab, социолог Серик Бейсембаев.
Зависимость определяет риторику
По мнению Бейсембаева, различие позиций по войне в Украине между Азербайджаном и Центральной Азией объясняется уровнем зависимости от России.
Баку значительно меньше зависит от Москвы как политически, так и экономически. Азербайджан не входит ни в Организацию Договора о коллективной безопасности (в ОДКБ, кроме России, входят Беларусь, Казахстан, Кыргызстан и Таджикистан; Армения приостановила членство), ни в Евразийский экономический союз (членами ЕАЭС являются Армения, Беларусь, Казахстан, Кыргызстан и Россия). Основной экспорт азербайджанского газа осуществляется через Грузию и Турцию, а ключевым внешнеполитическим партнером остается Анкара. Отношения между Азербайджаном и Россией заметно ухудшились после авиакатастрофы в конце 2024 года, когда пассажирский самолет Azerbaijan Airlines был подбит российской ПВО на подлете к Грозному.
«Казахстан, как все знают, экспортирует нефть через КТК (Каспийский трубопроводный консорциум. — Ред.), который проходит через территорию России, и это является одной из главных уязвимостей. Потому что были моменты, когда Россия по тем или иным причинам останавливала транспортировку, что, понятно, отражалось на экономической ситуации в Казахстане. Кроме этого, в политическом плане страны Центральной Азии находятся в более уязвимом положении. Казахстан имеет самую большую сухопутную границу с Россией. Мы находимся в союзе с Россией в рамках ОДКБ. Это накладывает ограничения на то, что наши лидеры могут заявлять по поводу острой темы — войне в Украине», — объясняет эксперт.
Аналитики считают, что еще более чувствительной зависимость остается для Кыргызстана и Таджикистана. Эти страны практически полностью зависят от поставок топлива из России. А российский рынок труда многие годы остается одним из главных источников доходов для сотен тысяч трудовых мигрантов из региона. По словам бывшего посла Кыргызстана в Азербайджане Кайрата Осмоналиева, именно поэтому любое резкое заявление президентов стран может иметь вполне практические последствия.
«Вот, представьте, допустим, президент одной из этих стран, так же, как и Алиев, пошел выступил. Чем это обернется? Начнутся гонения, депортации (мигрантов. — Ред.), эти начнут возвращаться, начнут возмущаться, найдутся люди, которые скажут: "недальновидный политик, неосторожные высказывания", разные интерпретации могут быть, но это может кончиться потенциальными рисками того, что будут недовольства. Качнется так, что качнется и под ними. Потому что это социально-экономический кризис. А это всегда двигатель смен режимов. Потому что они всё-таки просчитывают какие-то риски, и по всей видимости считают, что выступить, как Алиев, может, и хочется, но рискованно», — говорит Кайрат Осмоналиев.
Молчание президентов
За более чем четыре года полномасштабной войны России против Украины президенты Кыргызстана, Узбекистана, Таджикистана и Туркменистана ни разу публично не говорили об оккупации украинских территорий или ответственности России за войну.
Их заявления, как правило, касаются исключительно необходимости скорейшего прекращения боевых действий и поиска политико-дипломатических путей решения. О самой войне президенты стран региона говорят вскользь. Как, например, лидер Узбекистана Шавкат Мирзиёев на саммите «Центральная Азия — США 6 ноября 2026 года.
«В Узбекистане говорят, президент Трамп — это президент мира. Вы сделали очень многое - смогли остановить восемь войн. И я уверен, что войну между Россией и Украиной сможете остановить только вы. Мы очень на это надеемся», — заявил тогда Мирзиёев, обращаясь к Трампу.
Вокруг позиции президента Кыргызстана Садыра Жапарова в первые дни войны возникла также неоднозначная ситуация. После телефонного разговора Владимира Путина и Жапарова Кремль сообщил, что лидер Кыргызстана «выразил поддержку действиям России по защите мирного населения Донбасса». Однако в официальном заявлении администрации Жапарова подобных формулировок не содержалось.
Этот эпизод, как говорят наблюдатели, лишь подчеркнул стремление Бишкека максимально избегать любых заявлений, которые могли бы быть истолкованы как однозначная поддержка одной из воюющих сторон.
Президент Таджикистана Эмомали Рахмон и президент Туркменистана Сердар Бердымухамедов относительно войны в Украине не сделали ни одного открытого и прямого заявления.
Исключение на постсоветском пространстве
На сегодняшний день Ильхам Алиев остается, пожалуй, единственным действующим лидером государства среди соседей России на постсоветском пространстве (если не учитывать страны Балтии), который открыто заявляет о недопустимости признания оккупации украинских территорий.
При этом официальные внешнеполитические ведомства стран Центральной Азии заявляют о неизменности поддержки принципов территориальной целостности государств и нерушимости признанных на международном уровне границ. Однако сами президенты предпочитают либо молчать, либо более осторожную риторику.
В результате складывается ситуация, когда страны региона формально придерживаются одинаковых принципов международного права, но выражают их совершенно разным языком.