«Если я погибну где-то, там по жетону смогут определить. И вам отправить…» 25-летний Мирас Ташарганов в разговоре с матерью по телефону не исключает, что его могут перекинуть на передовую в Украину. Всего несколько недель назад он был дома, в Астане. Теперь рискует оказаться в пекле войны.
Предложение поработать вахтовым методом
Летом Мирас нашел через сервис объявлений OLX работу в России. Ему обещали зарплату в 90 тысяч рублей — около 480 тысяч тенге (чуть более тысячи долларов) в месяц. Матери, которая одна растит девятерых детей, идея старшего сына показалась разумной.
После развода с мужем, рассказывает Гульжан Ташарганова, Мирас помогал ей содержать большую семью.
«Живу я на пособия, льготные пособия и алименты. Нам этого не хватает на девятерых детей: одеть, обуть, еду, комуслуги оплатить. Слава Аллаху, хоть нам дали государственное жилье, арендное, для временного проживания. И он, все это видя, видя, как я ночами не сплю, переживаю, подошел и сказал: "Мама, буду устраиваться на вахту". Но не сказал, куда и как», — вспоминает Гульжан.
О том, что соседняя страна пятый год ведет войну против Украины, говорит многодетная мать, она знала в общих чертах и не думала, что этот вооруженный конфликт может затронуть и ее семью.
«Как говорится, пока дело не коснется, ты не знаешь ничего. Я даже не знала, что такое СВО (специальная военная операция —так Кремль называет полномасштабное вторжение в Украину. — Ред.). За два дня вперед я спрашиваю: "Ты куда?" Он мне сказал: "Мам, я уезжаю на вахту, мы заживем круто, я тебе куплю дом, машину, раскидаем все долги, кредиты"».
20 августа он уехал в Россию. В Курске, по словам матери, сыну обещали работу упаковщиком на мясокомбинате. Но по приезде отправили трудиться на забое скота. Вскоре он стал жаловаться на тяжелые условия работы.
Мирас Ташарганов прислал семье фото и видео с казахстанско-российской границы
«Он неделю проработал, начал плакать, мне звонить, говорить, что не устраивают жилищные условия, питание. Я говорю: "Что такое?" Он говорит: "Я постоянно голодный. Мам, нас с утра забирают на забой свиней, я вообще не подписывался на забой свиней, я шел как упаковщик-комплектовщик. Мне не дают еду". Я говорю: "Как не дают?" "Ну, пока я 100 голов забью свиней, прихожу на обед, а там только свинина". Он свинину не кушает. Первая партия, которую варят там, варят с говядиной или с курицей, но все съедается. Много узбеков, киргизов приехало, казахов приехало», — пересказывает Гульжан Ташарганова диалоги с сыном.
С мясокомбината — в военкомат, затем в учебку
После жалоб на условия работы Мираса и еще нескольких мигрантов вывезли из мясокомбината в военкомат. Он рассказал матери, что в пункте отбора на военную службу в Смоленске прошли медкомиссию, ответили на вопросы.
«У нас один человек вышел с рейса. Он говорит, что это СВО-контракт. Мы начали сомневаться и, наоборот, его настраивать, что это не СВО, все нормально, не переживай, нам тоже это сказали. И мы все дураки поперлись. А он один вот умный вовремя вышел, а мы — нет», — сказал Мирас своей матери уже после того, как подписал документы с Минобороны России.
По словам Мираса, мигрантам выдали по листу бумаги. В документе от пункта отбора говорится, что гражданин Казахстана Мирас Ташарганов заключил контракт о прохождении военной службы в вооруженных силах России сроком на один год. Контракт с 12 сентября. Мирас отправил этот документ матери. Но самого контракта, по словам Гульжан, он на руки не получил.
«"Понимаешь, мам, тебе кинули контракт, приставили пушку к голове и говорят подписать, и всё. И ты там не будешь даже смотреть и читать, — он говорит, — меня даже не спрашивали, нас не спрашивали: хочешь ты или не хочешь"», — передает Гульжан Ташарганова разговор с Мирасом.
По ее словам, сын прошел двухнедельную военную подготовку. Мирас рассказал, что его перекинули в Воронеж. Она опасается, что теперь его могут отправить воевать в Украину. Сын говорит, что его, скорее всего, будут использовать как штурмовика.
«Искренне каюсь и вас люблю»
Последние две недели мать Мираса пишет обращения в министерство иностранных дел Казахстана, Генпрокуратуру и полицию, пытаясь вернуть сына домой.
В МИД ей сообщили, что направили запрос российской стороне. Другой информации не предоставили.
Азаттык, Казахская служба РСЕ/РС, запросил сведения в министерстве. Ответ пока не поступил.
«Моя цель — вернуть моего сына в семью, домой, на родину. Так как он родился здесь. Я не могу просто подарить ребенка государству, понимаете…» — сокрушается Гульжан Ташарганова.
Вечером 22 сентября Мирас ненадолго вышел на связь с матерью по видеозвонку. Он сообщил, что вместе с другими людьми из учебки едет в военной машине в сторону границы с Украиной.
«Я буду стараться выходить на связь. Жаль, что я не рядом. Жаль, что не могу вас обнять. Я всех вас люблю, всех обнял, целую. Что бы ни произошло, будьте сильными. Простите, что я такой человек. Я искренне каюсь, я каюсь. Я буду грех этот на душе нести. Но поймите: вас люблю», — обратился он к близким.
«По возможности лучше сейчас не выезжать в Российскую Федерацию»
Точных данных о числе завербованных в ряды российской армии казахстанцев нет. По информации украинского государственного проекта «Хочу жить», контракты с Минобороны России заключили по меньшей мере 2389 граждан Казахстана. По оценке проекта, всего в ряды российской армии могли вступить свыше 12 тысяч граждан Центральной Азии.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
«Поехали в Россию? На свадьбу заработаешь». Как казахстанцы попадают на чужую войну и гибнут в УкраинеПравозащитники, которые оказывают помощь мигрантам в России, говорят, что после подписания военного контракта, как правило, пути назад нет. Людей отправляют на передовую. Некоторые после ранений и лечения в госпиталях сбегают на родину, где их преследуют в уголовном порядке за участие в вооруженном конфликте за границей и наемничество. В основном они получают сроки от трех до пяти-шести лет заключения.
История узбекистанца Акбара Курбонова — пожалуй, единственный известный на данный момент случай возвращения трудового мигранта с линии фронта после вмешательства дипломатов родной страны. 23-летний уроженец Сурхандарьинской области записал в октябре прошлого года видеообращение из Украины, утверждая, что его обманом отправили в Луганскую область, избили и вынудили подписать контракт. Его мать Рузигуль Бобоева обивала пороги госорганов в Ташкенте. В начале 2026-го Бобоева сообщила журналистам, что благодаря вмешательству властей Узбекистана ее сына удалось вернуть домой. Она отказалась сообщать подробности, отметив, что официальные лица просили её больше не выступать в прессе.
Тысячи других мигрантов, добровольно или под принуждением отправленные в Украину, продолжают воевать. Сотни, как отмечает Киев, погибли, десятки попали в плен.
«Россия сейчас не является безопасной страной, и, естественно, по возможности лучше избегать поездок туда, — говорит Денис Дживага, директор Казахстанского бюро по правам человека. — В силу того, что на фронте живой силы не хватает, рекруты прибегают к всевозможным обманным путям, где-то даже к принудительным. Человека могут обвинить в совершении какого-то преступления, потом предложить подписать контракт, чтобы избежать уголовного наказания — такие тоже случаи были. Поэтому, по возможности, лучше сейчас гражданам Центральной Азии не выезжать в Российскую Федерацию и не поддаваться на всевозможные провокации, предложения о подписании контракта, что якобы это будет где-то работа оператором дронов, в тылу. На практике оказывается, что потом эти все условия контракта моментально меняются, человек оказывается в зоне боевых действий, и откуда уже путь, грубо говоря, на тот свет, либо потом к уголовной ответственности уже в своей стране».