В Узбекистане продолжают обсуждать историю учителя информатики одной из ташкентских школ, который избил учеников во время урока – это попало на видео. Уголовное дело против педагога прекратили, а представители власти публично выступили в его поддержку. Позже журналисты сообщили о втором пострадавшем школьнике и опубликовали новые подробности конфликта, но часть материалов вскоре была удалена без объяснений. В итоге история одной столичной школы переросла в общественную дискуссию о допустимости насилия над детьми, статусе учителя и свободе слова.
Конфликт в школе и реакция властей
В конце мая в соцсетях распространилось видео, на котором учитель информатики ташкентской школы №275 Зокир Омонов избивает ученика.
После публикации записи правоохранительные органы возбудили уголовное дело.
Затем руководитель пресс-службы министерства дошкольного и школьного образования Узбекистана Дильфуза Собирова опубликовала видеоролик, он включал записи с камер наблюдения из класса и видеообращение самого учителя.
Омонов утверждал: один из девятиклассников по имени Ризкиддин мешал проведению урока, обливал водой других подростков и отказался выполнить требование покинуть класс. Учитель заявлял также, что школьник ударил его по лицу и попытался повалить на пол.
«Я попросил его выйти в коридор, но он ответил: «Убери руки», после чего дал мне пощёчину и ударил кулаком. Да, я вышел из себя, но только после его поведения», — сказал он.
В том же ролике показали встречу педагогов с представителями министерства внутренних дел Узбекистана. На видео первый заместитель министра внутренних дел Рустам Джураев заявил, что государство будет защищать учителей.
«Это должны услышать учителя по всей республике. Вы все под защитой нашего уважаемого президента. За вами стоит армия, люди с погонами, генералы», — сказал Джураев.
Во время этой встречи учителя также рассказывали, что и раньше сталкивались с проблемным поведением того же школьника.
«Ребёнок очень агрессивный. За 20 лет моей работы ни один ученик так со мной не обращался», — заявила одна из учительниц школы.
Второй пострадавший
Изначально речь шла об одном избитом школьнике. Но позже журналисты Gazeta.uz, одного из крупнейших новостных порталов в стране, сообщили: пострадавших было двое.
По данным издания, второй школьник — Хасан — после конфликта оказался в больнице. Его родственники утверждают, что именно он получил наиболее тяжёлые травмы.
Брат-близнец подростка Хусан рассказал, что сначала помогал другому избитому ученику, а затем узнал, что пострадал и Хасан.
«Когда я пришёл, учитель уже избил моего друга. Он бил его по лицу, всё было в крови. Пока я помогал ему, мне сказали, что избили и моего брата. Когда я поднялся наверх, Хасан уже был без сознания», — рассказал он.
По утверждению школьника, одноклассники рассказали ему, что учитель подошёл к Хасану сзади и несколько раз ударил его по голове, после чего тот потерял сознание.
Удалённые публикации
После появления информации о втором пострадавшем журналисты попытались подробнее восстановить картину произошедшего.
Хусан в беседе с журналистами Gazeta.uz утверждал, что учитель информатики редко проводил занятия и в день конфликта неожиданно вошёл в класс примерно через двадцать минут после начала урока.
«Наш учитель информатики пришёл в школу в начале учебного года, но в течение года он почти не проводил у нашего класса уроки. Последние два месяца учитель вообще в наш класс не заходил, поэтому мы думали, что и в тот день он не придёт», — рассказывал школьник.
Журналисты Gazeta.uz пытались получить комментарии директора школы, классного руководителя и самого учителя. Связаться с Омоновым не удалось — его брат сообщил, что педагог считает историю закрытой и комментариев давать не намерен.
После публикации материалов журналистка Zamon.uz также попыталась получить комментарий администрации школы, однако её не пустили в здание и рекомендовали обращаться в МВД.
Вскоре материалы Zamon.uz и расследование Gazeta.uz исчезли с сайтов изданий без объяснения причин.
Состояние Хасана
В материалах узбекских СМИ приводились и слова матери пострадавшего подростка. Ей о произошедшем сообщил второй сын.
«Хусан кричал, что состояние Хасана тяжёлое, и попросил позвонить отцу, после чего заплакал. Я быстро приехала в больницу», — рассказала она.
По словам женщины, состояние сына было крайне тяжёлым.
«Он не мог разговаривать и двигаться», — сообщила женщина.
В начале июня детский врач Муаззам Иброхимова на своей странице в Instagram’e опубликовала видео с Хасаном. По её словам, после произошедшего состояние ребёнка остаётся тяжёлым.
«У него практически нет сил. Но у него хороший рост и вес. С такими данными он должен быть сильным. Но, как видите, в мышцах у него не осталось сил», — сказала врач.
Мать подростка также рассказала, что вскоре после происшествия семью посетил директор школы.
«Он сказал, что примет меры и попросил нас не волноваться. Сказал: «Я уже устал от этого учителя. Он редко проводил уроки. Я его уволю». Он нас успокоил и ушёл», — вспоминает женщина.
В итоге всё произошло наоборот: уголовное дело против Омонова было прекращено, а официальная риторика сместилась в сторону критики поведения школьников.
Заявления о давлении на журналистов
Редакции Азаттык Азия не удалось получить комментарии в школе и МВД, а также в изданиях, удаливших публикации.
Но узбекский журналист Илёс Сафаров сообщил, что некоторые его коллеги, освещавшие инцидент, столкнулись с давлением.
«Не знаю, кто именно вмешался в историю с избиением школьников учителем и что там было сказано, но ситуация явно становится всё масштабнее. Например, журналиста [Gazeta.uz] Миролима Исажонова вызвали в УВД и удерживали там четыре часа после того, как он, помимо официальной позиции органов внутренних дел, взял комментарии у близких пострадавших подростков — и это не единичный случай. Репортаж журналистки Мутабар Нурмухаммедовой, который она подготовила несколько дней назад по этой теме, также убрали с сайта Zamon.uz. Более того, журналисты ещё нескольких телеканалов и интернет-изданий связывались со мной и говорили, что их материалы тоже были удалены. Из-за одной истории — столько давления на журналистов и ограничений свободы слова. Где парламент? Где суд? Где законы? Возможно, этот пост тоже скоро удалят», — написал Сафаров на своей странице в Facebook’e.
Правозащитник Абдурахмон Ташанов добавил, что ему тоже известно о случаях вызова журналистов на беседы в правоохранительные органы. По его информации, среди них был журналист Gazeta.uz, которому якобы объясняли нормы законодательства и говорили, что он поступил неправильно, встав на сторону ученика.
Правозащитник отмечает, что избиение школьника стало причиной общественных разногласий в Узбекистане. Одни считают, что статус учителя в стране сильно обесценился, поэтому педагогов нужно защищать, и в произошедшем винят в подростков. Другие уверены, что применять насилие к детям недопустимо ни при каких обстоятельствах.
Между тем, считает Ташанов, давление на журналистов недопустимо в любом случае, а повышение статуса учителя должно достигаться не ограничением свободы слова.
«Цензуру и давление никак нельзя оправдать. Если они хотят поднять статус учителя, нужно укреплять его положение в обществе и повышать зарплаты», — считает Ташанов.
Спор о статусе учителя и правах ребёнка
Правозащитница Умида Ниязова говорит Азаттык Азия, что история давно вышла за рамки одного школьного конфликта.
По её мнению, государственные структуры фактически сформировали официальную версию событий, а публикации, противоречащие этой версии, стали «неудобными».
«Уже был выработан государственный нарратив о том, как отнестись к этой истории. Нарратив в том, что учитель хороший, ученик плохой. Государство стало на защиту учителя», — говорит Ниязова.
Она также подчёркивает, что главный вопрос заключается не в личности участников конфликта, а в отношении общества к насилию над детьми.
«Наука и исследования давно показали, что насилие не приводит ни к чему, кроме травм. Но сейчас в Узбекистане спор идёт о том, можно ли бить детей, если они ведут себя плохо. Если мы приходим к какому-то консенсусу о том, что можно бить детей в школе, если они себя плохо ведут, тогда можно идти дальше. Тогда можно говорить: «Может, можно применять пытки к тем, кто себя плохо ведёт в заключении?», или «Может быть, отрезать руку вору? Он же украл что-то». Когда насилие начинается, оно потом продолжается», — говорит правозащитница.
Насилие над детьми остаётся серьёзной проблемой в Узбекистане. В феврале детский омбудсман Узбекистана Сурайё Рахмонова сообщила на заседании парламентского комитета, что в 2025 году в стране было возбуждено 42 уголовных и 54 административных дела, связанных с насилием в отношении детей.
По данным ЮНИСЕФ, проблема актуальна для всех стран Центральной Азии. В своём региональном докладе организация отмечает, что насилие в отношении детей часто остаётся скрытым и не всегда отражается в официальной статистике. При этом с различными формами насилия могут сталкиваться миллионы детей в регионе, а происходить оно может в самых разных условиях — в семьях и учреждениях, которые должны быть безопасной средой для ребёнка.
