Уральск называют «западными воротами Казахстана». И не случайно: отсюда до российских Самары, Оренбурга и Саратова ближе, чем до соседних казахстанских областных центров — Атырау и Актобе. А до Москвы от Уральска около 1300 километров, почти на 500 километров меньше, чем до Астаны. Как живёт один из самых западных городов Казахстана и насколько в нем ощущается влияние воюющей страны?
Этим репортажем Азаттык Азия открывает спецпроект о жизни на казахстанско-российской границе. Наши журналисты побывали в шести городах — Уральске, Актобе, Костанае, Петропавловске, Павлодаре и Усть-Каменогорске, — чтобы выяснить, как близость России влияет на жизнь местных жителей.
От казачьего поселения до областного центра
Официально считается, что Уральск был основан в конце XVII века яицкими казаками, выбравшими это место из-за его безопасного расположения. С тех пор прошло больше четырёх сотен лет, и из небольшого казачьего поселения Уральск превратился в казахстанский город с населением под 400 тысяч человек.
Но стоит пройтись по историческому центру Уральска, как возникает ощущение, будто оказался не в современном казахстанском городе, а в провинциальном городке Российской империи XIX века. В старом центре сохранились целые кварталы старинной застройки: купеческие особняки, гостиницы из красного кирпича, вросшие в землю деревянные домишки с оконными ставнями и резными наличниками. Между зданиями — арочные проезды, выложенные из фигурного кирпича.
Историческая застройка тянется вдоль центрального проспекта, носящего имя бывшего президента Нурсултана Назарбаева, до самого областного акимата. Он, к слову, тоже располагается в старинном здании, где в начале XX века находился Русский торгово-промышленный коммерческий банк.
Однако за этим почти музейным обликом скрывается куда более сложная история отношений казахской степи, казачьих поселений и Российской империи. Уральск возник и развивался на территории, где на протяжении столетий пересекались интересы разных народов и цивилизаций. Сегодня о тесных связях с Россией напоминают не только старые здания, но и география: до границы с соседней Самарской областью отсюда меньше 60 километров. Такое соседство не может не влиять на экономику, культуру и повседневную жизнь города.
Западно-Казахстанская область граничит сразу с пятью российскими регионами: Астраханской, Волгоградской, Саратовской, Самарской и Оренбургской областями. Десятилетиями эта близость определяла многое: куда ехать за покупками, где получать образование, с кем торговать, кого навещать на выходных или во время отпуска.
Обратный поток
На протяжении десятилетий после развала СССР ежегодно тысячи казахстанцев переезжали на постоянное место жительства в Россию. Но в последнее время, особенно после вторжения российских войск в Украину, эмиграционный поток значительно сократился. Сейчас речь идет об обратной тенденции: из Казахстана в Россию выбывает меньше людей, чем прибывает.
Массовый наплыв россиян был зафиксирован осенью 2022 года, когда российский президент Владимир Путин объявил мобилизацию. Через Уральск в Казахстан тогда хлынули не желающие отправляться на войну.
На пограничных пунктах пропуска выстраивались многокилометровые очереди. По оценкам местных властей и журналистов, за несколько недель, с конца сентября по октябрь, через Уральск прошли десятки тысяч россиян. Для многих город стал лишь временной остановкой на пути в Алматы, Астану или другие страны. Но некоторые решили остаться здесь надолго.
Один из них — 42-летний Имя изменено по просьбе собеседника, опасающегосяза свою безопасностьиз Подмосковья. Он согласился поговорить с Азаттыком на условиях анонимности. Всю жизнь Виктор прожил в России, а после объявления мобилизации уехал в Казахстан.
«Изначально план был доехать как минимум до Алматы, а потом, может быть, даже куда-то в другое место, — рассказывает Виктор. — Впрочем, о переезде я думал ещё до 2022 года, например, в Сербию. Просто мобилизация стала тем самым толчком к действию. Поначалу я поехал без семьи, с друзьями, которые убегали от мобилизации. Я, собственно, был достаточно спокоен по этому поводу, потому что не годен к службе. А город мне понравился. Когда мы сюда приехали, я подумал, что просто не хочу переезжать в большой город, в Алматы. Дополнительным фактором стало и то, что Уральск в два раза ближе к Москве, чем к Алматы».
Казахстан, признанный в 2022 году одним из главных направлений бегства россиян, не желавших участвовать в войне, постепенно становится менее безопасным местом. В последние годы участились сообщения о задержаниях и передаче российских граждан Москве.
В феврале 2026 года казахстанские полицейские задержали и передали российской военной полиции Семёна Бажукова, который дезертировал из армии и просил убежища в Казахстане. Двумя годами ранее российским силовикам передали другого военнослужащего, Камиля Касимова, бежавшего от участия в войне против Украины. Впоследствии российский суд приговорил его к шести годам колонии.
В конце января 2026 года из Казахстана депортировали российского IT-специалиста Александра Качкуркина — формально за административные нарушения. По прибытии в Москву его задержали по обвинению в государственной измене из-за денежных переводов в Украину.
Под угрозой экстрадиции оказался и чеченский активист Мансур Мовлаев, бежавший из России из-за преследований силовиков. В мае 2025 года его задержали в Алматы по запросу Москвы, а в январе 2026-го Генпрокуратура Казахстана одобрила его выдачу России. Мовлаев утверждает, что на родине ему грозят пытки и смерть. В сентябре, после отказа казахстанского суда предоставить ему убежище, активист дважды пытался покончить с собой — сначала в СИЗО, затем в больнице. Мовлаев остается под стражей в Алматы, несмотря на призывы правозащитников обеспечить ему безопасность и возможность выезда в третью страну.
Виктор, впрочем, не считает, что ему грозит подобная участь. На вопрос, боится ли он оказаться в России и попасть под суд или на войну, отвечает отрицательно.
«Во-первых, я никакой не активист, а совершенно обычный человек, — говорит он. — Можно сказать, что сюда я приехал, чтобы информационный фон вокруг был более спокойный, чтобы поменьше ругани было, поменьше ненависти вокруг. Для того, чтобы меня выдать, надо сначала, чтобы меня там начали искать. А для чего меня там искать? Я ни по возрасту, ни по категории не очень подхожу под призыв. Я не служил по здоровью. Смысл меня вообще пытаться призвать? Практически нет. Вероятность того, что меня будут призывать, конечно, она отлична от нуля, но она сильно ниже, чем у абсолютного большинства людей, которые уехали».
При этом Виктор признаётся, что запасного плана на случай массовых депортаций россиян из Казахстана у него нет:
«В этом смысле я чувствую себя не то чтобы на чемоданах, но и не полностью дома. Более того, у меня несколько знакомых здесь пытались получить вид на жительство, им отказали. А я даже и не пытаюсь его получить».
Тем не менее, отмечает Виктор, он «готов прожить в Уральске всю оставшуюся жизнь».
«Не тянет в Россию, мы достаточно наелись»
Другой собеседник Азаттыка — назовём его Азаттык Азия не раскрывает настоящее имя по соображениям безопасности— родился в Казахстане, но почти всю жизнь прожил в России. Родители увезли его из страны, когда он был ещё младенцем. В Уральск Михаил переехал вместе с семьёй вскоре после начала полномасштабного российского вторжения в Украину.
Своё решение он объясняет просто: «Если бы у меня было много-много денег, я бы поехал куда-нибудь в Европу, но я выбрал то, что ближе, к тому же этот город мне понравился».
«Насколько я знаю всех, кто переехал сюда весной, они переехали по идейным соображениям, они не скрывались от мобилизации, просто не захотели жить в России. Почему я выбрал Уральск? Сначала посмотрел картинки в интернете, мне понравилось, что это очень зелёный город, что здесь много исторических мест. Ну, в общем-то и всё. Ну и тем, что он недалеко был сравнительно близко от города, где я жил», — отмечает Владимир.
По словам россиянина, семья довольно быстро освоилась на новом месте. Дочери понравилась местная школа, где она вскоре нашла друзей. Сам Владимир, будучи уроженцем Казахстана, сравнительно быстро оформил вид на жительство и устроился работать на один из уральских заводов. Теперь семья собирается получить казахстанское гражданство.
Возвращаться в Россию они не планируют.
«Мы уехали с мыслью никогда не возвращаться в Россию, — говорит Владимир. — Мы и сейчас придерживаемся этого мнения. Нас не тянет в Россию, мы достаточно наелись этого. Тем более Казахстан — это моя родина. Мы хотим получить здесь гражданство и чувствуем себя как дома. Скоро я собираюсь подать документы, но Россия с августа подняла цену за отказ от российского гражданства почти в десять раз. Сейчас это очень дорого – больше тысячи долларов за одного человека. Так что пока копим на это деньги».
Несмотря на то что Владимир чувствует себя в Уральске как дома, кое-что в новом окружении его беспокоит. Прежде всего — отношение части местных жителей к России и войне против Украины.
По его наблюдениям, жители Уральска, в том числе этнические русские, продолжают активно потреблять российский информационный контент. Михаил считает, что это заметно влияет на их политические взгляды.
«Местные русские в большинстве пророссийские, потому что они смотрят российский телевизор, слушают российское радио и, естественно, попадают под влияние пропаганды. В то время как приезжие русские уже более-менее осведомлены о том, что там происходит на самом деле и вряд ли будут верить тому, что говорят по телевидению. Я уже давно знаю, насколько опасна пропаганда и как она меняет мозги человека», — подчеркивает россиянин.
Из Уральска — на войну
О влиянии российской пропаганды на жителей Казахстана заставляют задуматься и истории казахстанцев, которые добровольно отправились воевать против Украины на стороне России. По данным украинского проекта «Хочу жить», к маю 2026 года контракты с российским Минобороны подписали как минимум 2420 граждан Казахстана.
В октябре 2025 года главный редактор местного независимого издания Umarovnews Талгат Умаров опубликовал расследование о девяти уроженцах и жителях Западно-Казахстанской области, оказавшихся в российской армии. Некоторые из них погибли, другие получили ранения или попали в украинский плен.
Умаров рассказывает, что идея расследования возникла после многочисленных разговоров с местными жителями.
«Ты приходишь в гости к знакомым, к родственникам и слышишь за разговором, что у кого-то кто-то пошёл на войну, его убило. Ты встречаешься с другом, слышишь, что его троюродный брат, который является гражданином Казахстана, оказался на войне и его убило. Сами люди, жители Уральска, между собой обсуждают эту ситуацию, что кто-то воюет, умирает, попадает в плен и так далее», — рассказывает Умаров.
По словам журналиста, собирать информацию оказалось непросто. Родственники погибших и тех, кто продолжает воевать, неохотно идут на контакт, а то и вовсе отказываются общаться с прессой.
«Потому что к ним либо приходили сотрудники комитета нацбезопасности Казахстана, либо их вызывали в КНБ, — считает журналист. — Сами они об этом не говорят, но ты чувствуешь, что они запуганы. Например, я пытался поговорить с братом одного парня, который погиб, но он сразу сказал: нет, я ничего говорить не буду, садись в машину и уезжай. Возможно, когда родственники тех, кто был завербован или кто добровольно поехал воевать приходят на допрос в КНБ, они подписывают бумагу о неразглашении. Поэтому тоже это как бы может быть таким фактором, чтобы не разговаривать с журналистами, не предавать огласке».
Установить, существуют ли в Уральске организованные каналы вербовки местных жителей в российскую армию, Умарову не удалось. Работая над расследованиями для своего проекта Umarovnews он записал истории о жителях, которые, по имеющимся сведениям, отправились на войну добровольно. Мотивы у них были разными.
Одна из историй, которую приводит Умаров, — о пожилом жителе Чингирлауского района, решившем отправиться воевать после начала российского вторжения.
«Мужчина, казах, уже в возрасте, за 60 лет. В его доме с утра до вечера транслировалось российское телевидение. Он гражданин Казахстана, но уроженец России. Переехал в Казахстан около 30 лет назад. Начинается война. Он собирается и ставит семью перед фактом: я уезжаю на войну, потому что в Украине фашисты. Никого не слушает, собирается, уезжает. Вскоре родные получают информацию, что он убит», — продолжает Умаров.
Журналист не склонен объяснять участие казахстанцев в войне исключительно влиянием российской пропаганды. По его мнению, для многих гораздо более серьёзным стимулом становятся деньги.
«В основном это ребята 30-40 лет, я не представляю, чтобы люди в этом возрасте сидели и смотрели Соловьёва, для меня это что-то из области фантастики», — считает Умаров, но отмечает при этом, что влияние России на регион остается колоссальным.
Власти Западно-Казахстанской области признают, что часть жителей региона уезжает работать в Россию ради более высоких заработков, но при этом официально отрицают наличие случаев вербовки на войну.
«Нет, таких случаев нет. Я вам утверждаю. Мы отслеживаем», — заявил на брифинге в декабре 2025-го аким Западно-Казахстанской области Нариман Турегалиев.
«Новое поколение ориентировано на Казахстан»
Близость границы, общая история и многолетние связи с российскими городами продолжают определять жизнь Западно-Казахстанской области.
Но постепенно картина меняется, и это продиктовано в том числе демографическими сдвигами. Если в 1990-х доля казахского населения в регионе не доходила до 70 процентов, то сейчас она приближается к 80 процентам — за счет естественного прироста и миграции.
Молодые люди на улицах Уральска в основном говорят, что хотят жить в своем городе, который считают родным и уютным.
«Я здесь родился. Все мои родственники, друзья здесь. Я не хочу уезжать», — отвечает юноша на вопрос Азаттык Азия о том, хотел бы он сменить место жительства.
«Здесь отличная погода. Все времена года. И люди здесь особенные. Это необычный город. В больших городах пробки, бывает недопонимание. В Уральске все не так», — признаётся девушка.
Другая девушка говорит, что мечтает уехать — но не в соседнюю страну, а в город покрупнее в Казахстане.
Журналист Талгат Умаров замечает, что молодое поколение всё чаще ориентируется не на Россию, а на свою родину.
«Если поедешь из Уральска в сторону Таскалинского района, проезжаешь 90 километров — Саратовская область начинается. Едешь в сторону Аксая, проезжаешь 120 километров — Оренбургская область. Едешь в сторону Самары, проезжаешь 50 километров — уже в России, — констатирует Умаров. — Мы окружены Россией со всех сторон. Но сейчас я наблюдаю, что растёт новое поколение, которое не застало Советский Союз и полностью ориентировано на Казахстан. Они ещё в школе учатся, но уже понимают, что не поедут учиться в Самару или Саратов. Они будут либо в Алматы, либо в Астане, либо за границей. Они потребляют контент на казахском языке, они разговаривают на казахском языке».
