«НЕЛЬЗЯ ДАЖЕ ОТКРЫТЬ БАНКОВСКУЮ КАРТУ»
Ерганат Тараншиев был осуждён на 15 лет после событий в поселке Шанырак на окраине Алматы. В начале 2018 года он вышел на свободу условно-досрочно. Сейчас живёт в селе Акбеит Райымбекского района Алматинской области.
В 2006 году Тараншиев был обвинён в гибели сотрудника полиции Асета Бейсенова во время событий в Шаныраке и осуждён вместе с Ароном Атабеком (ныне покойным), Курмангазы Утегеновым и Рустемом Туяковым. Им инкриминировали «убийство лица в связи с осуществлением им служебной деятельности», «массовые беспорядки» и «захват заложника».
В Казахстане действия, предусмотренные статьей «Захват заложника» в Уголовном кодексе, приравнены к «актам экстремизма и терроризма». Из-за этой статьи все четверо попали в «список лиц, связанных с финансированием терроризма и экстремизма». Фамилия умершего в 2021 году Атабека до сих пор значится в списке.
Срок исполнения наказания Ерганата истёк 26 июля 2021 года, однако он всё ещё не может пользоваться многими жизненно важными услугами.
— Банки не открывают карты. Мы подаём везде жалобы, — говорит он.
Ерганат работает охранником в компании «Казавтожол», получает крохотную зарплату, но и её он не получает полностью.
— После выхода из тюрьмы я никак не мог устроиться на работу. В итоге по списку безработных акимат направил в «Казавтожол» работать охранником. Когда я только начинал работать, зарплата была 60 тысяч тенге. Но минимальная заработная плата тогда была 42 с половиной тысячи тенге. Остальные деньги оставались на счету в «Казпочте». Сейчас моя зарплата составляет 80 тысяч тенге. Но я получаю только 60 тысяч тенге как минимальную заработную плату. Сумма в «Казпочте» уже составляет около 800 тысяч тенге. Даже когда я выходил в отпуск, мне выдавали 42 500 тенге, — рассказывает Ерганат.
Тараншиев получает сумму, равную минимальной заработной плате, в соответствии с законом «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путём, и финансированию терроризма».
По словам правозащитницы Маржан Аспандияровой, оказывающей юридическую помощь Тараншиеву, сумма, превышающая минимальную заработную плату, хранится в «Казпочте». Тараншиев может воспользоваться ими в случае потери работы. Или когда его исключат из «списка экстремистов».
Шаныракские события
14 июля 2006 года жители посёлка Шанырак вблизи Алматы оказали сопротивление сотрудникам полиции, которые пришли выполнить решение суда о сносе их «незаконно» построенных домов. Во время массовых беспорядков 24-летний сотрудник полиции Асет Бейсенов получил травмы и скончался через несколько дней в больнице Алматы.
По «Шаныракскому делу» к суду были привлечены 25 человек. Из них суд одного оправдал, к условным срокам приговорил 20 человек. Четыре человека были приговорены к длительным тюремным срокам.
После Шаныракских событий и долгих судебных разбирательств власти легализовали дома в Шаныраке. Микрорайон Шанырак вошёл в состав образованного позднее Алатауского района Алматы.
«НЕ ИМЕЮ НИКАКОГО ОТНОШЕНИЯ К ТЕРРОРИЗМУ И ЭКСТРЕМИЗМУ»
Ерганат в отчаянии обратился с письмом к президенту Касым-Жомарту Токаеву. «Я не имею никакого отношения к терроризму и экстремизму, я работаю охранником», — написал он.
«Мои права ограничены везде и всюду из-за включения моей фамилии в этот список. Мне никто не разъяснил, что это за ограничения. Не было ни заседания, ни решения суда. Прошу вас исключить меня из этого списка и восстановить мои права», — говорится в письме президенту.
Ответа из администрации президента не последовало. Но в письме из агентства финансового мониторинга в сентябре прошлого года говорилось, что «указанная в приговоре статья "Захват заложника" считается террористическим преступлением».
Трагедия в Шаныраке
В агентстве также сообщили, что не обладают информацией о погашении уголовного наказания. Список отбывших уголовное наказание, как правило, готовит Генпрокуратура.
Тараншиев обращался и в Генпрокуратуру с просьбой исключить его фамилию из черного списка. Это было в апреле 2022 года. Тогда в надзорном органе сообщали, что «дело находится на рассмотрении».
В ответе МВД матери Ерганата Тараншиева Рахиле Иманкуловой от 22 октября говорится, что ходатайство об исключении её сына из списка «рассматривается департаментом полиции города Алматы». Однако ни Ерганат, ни его мать с октября ответа не получили.
Репортеру Азаттыка удалось дозвониться до следователя, который рассматривает жалобу Тараншиева. Следователь, представившийся Даулетом Ауэзханом, сообщил, что ждёт характеристику на Тараншиева из тюрьмы в посёлке Заречный Алматинской области, где тот отбывал наказание. Правда, ждёт уже два месяца.
— Это не сразу решается, я соберу бумаги отовсюду. Я обещал ему помочь и всё решить. Но эту проблему нельзя решить одной бумагой, — говорит следователь.
Правозащитник Маржан Аспандиярова считает, что права Ерганата Тараншиева нарушены.
— Включение в указанный список фамилии гражданина, полностью отбывшего наказание, является незаконным. Он должен был быть автоматически исключён после отбытия наказания. А сейчас он не может в полной мере пользоваться своими правами гражданина Казахстана. Он не террорист и не экстремист, — говорит она.
Аспандиярова хотела бы представлять интересы Ерганата Тараншиева и Рустема Туякова во всех инстанциях, но, поскольку они не могут воспользоваться услугами нотариуса и дать ей доверенность, её помощь ограничена консультацией.
«ХОЧУ ДОКАЗАТЬ СВОЮ НЕВИНОВНОСТЬ, ПРЕЖДЕ ЧЕМ ДОБИТЬСЯ ИСКЛЮЧЕНИЯ ИЗ СПИСКА»
Рустем Туяков был осуждён на 14 лет по «Шаныракскому делу». Он вышел на свободу в 2018 году.
— Прежде чем добиться исключения из «списка экстремистов», я хочу доказать свою невиновность в деле по Шаныракским событиям. Я думаю подать жалобу в Конституционный суд, — говорит он.
Курмангазы Утегенов был осуждён на 16 лет по «Шаныракскому делу». В 2013 году ему добавили два с половиной года по обвинению в «неповиновении законным требованиям администрации тюрьмы». Утегенов вышел из тюрьмы в августе 2022 года.
— Мои счета закрыты, но жалоб никуда не подавал. Ни один банк не открывает карту. Я не могу выехать из города Жанатас (Жамбылская область. — Ред.), где живу. Согласно УДО, я еще шесть месяцев буду находиться под надзором, — говорит он.
В Казахстане не могут пользоваться услугами банков, страховых компаний и нотариусов не только осуждённые по статье «Захват заложника». Ограничения распространяются и на тех, кто попал под статью 405 «Организация и участие в деятельности общественного или религиозного объединения либо иной организации после решения суда о запрете их деятельности или ликвидации в связи с осуществлением ими экстремизма или терроризма» и статью 174 «Разжигание социальной, национальной, родовой, расовой, сословной или религиозной розни» Уголовного кодекса.
Эти статьи, как правило, применяются в отношении активистов, которые критикуют власти и участвуют в мирных митингах.
Перечень организаций и лиц, связанных с «финансированием терроризма и экстремизма», размещён на официальном интернет-ресурсе комитета финансового контроля Минфина. На данный момент в списке более 1500 человек. В 2016 году в этом списке было около 500 человек.
Правозащитники высказываются, что власти Казахстана вместо того, чтобы адаптировать бывших заключённых в обществе, вводят дополнительные наказания в виде лишения финансовых прав при выходе из тюрьмы, тем самым отчуждая их от социума.
Несмотря на их призывы пересмотреть условия включения людей в этот перечень, конкретных шагов со стороны властей не последовало.