По официальным данным, 20 молодых жителей села Чоркишлок Исфаринского района Согдийской области Таджикистана в этом году отправились в Сирию для участия в войне на стороне противников режима Башара Асада. Что подтолкнуло молодых ребят из далекого таджикского села отправиться «на джихад» в Сирию? Что говорят об этом родные в Таджикистане?
Когда мы приехали в Чоркишлок, один из красивейших горных уголков Таджикистана, сразу бросилось в глаза, что все жители придерживаются строгих религиозных правил. Двое жителей села отбывают срок в тюрьме по обвинению в поддержке идей Хизб-ут-Тахрир. Село расположено всего в семи километрах от Исфары. На улицах мало молодежи, говорят, активное мужское население находится на заработках в России. Женщины и девушки здесь носят исламскую одежду и ни для кого не секрет, что 20 местных жителей в данный момент находятся на боях в далекой Сирии. О смерти двух из них уже сообщили родным.
Для кого-то факт участия близких на войне в Сирии является предметом гордости, мол, они «настоящие мусульмане и герои», другие уверены, что бедолаги стали жертвами невежества и фанатизма. В начале сентября жительнице села Насибе Фаттоевой, ожидающей рождения третьего ребенка, не позволили отправиться к мужу в Сирию. На границе с Кыргызстаном она была возвращена вместе с двумя своими малолетними детьми. Именно этот факт привлек наше внимание к событиям в Чоркишлоке.
Мехри Иброхимова, глава джамаата Шахрак, в административном подчинении которого находится и село Чоркишлок, сообщила в беседе с Таджикской редакцией Азаттыка, что в данный момент из этого села на сирийской войне участвует 17 человек, двое других поехали туда из соседнего села Калаи Дук. Жители этих сел находятся в родстве друг с другом. Все они выехали в Сирию, находясь на заработках в России. Мехри Иброхимова предполагает, что молодые ребята могли стать жертвой фанатиков. В беседе с нами некоторые жители Чоркишлока признавались в том, что вынужденные ехать в Россию на заработки молодые ребята, устали от безработицы и безысходности. Возможно «джихад в Сирии стал для них попыткой попробовать силы изменить что-то, пусть и в другой стране мира», говорят они.
Местный имам уверен, что поддавшиеся влиянию сомнительных людей односельчане, не больше чем «обманутые глупцы и невежды». Садриддин Содиков считает их «малообразованными и недоучками, которые нее ведая законов Ислама и Корана, не подкрепленные политически, поддались на призывы пойти на джихад». Он уверен, что эти ребята не понимают истинный смысл этого слова. Содиков говорит, что некоторые из них будучи в родном селе не посещали мечеть и для него было удивительно узнать, каким образом они решились пойти на чужую войну. Однако и у имама нет ответа на вопрос: «Что вынудило молодых ребят отправиться на войну в Сирию?»
- Возможно, это делают особые люди, агенты. Ведь нужно посмотреть на это с точки зрения науки. Что такое «джихад?». Нельзя воевать против своих, если они и шииты и называть это джихадом. Это грех, огромный, непростительный грех. В священном писании есть случай, когда парень приходит к пророку Мухаммеду и просит включить его в число моджахедов. Тогда тот спрашивает парня, есть ли у него родители? Тот отвечает, что есть. Мухаммед ответил ему, что в этом случае он должен пойти и служить своим родителям и получить их одобрение в жизни. Пророк сказал: «В этом заключается твой джихад», - говорит местный имам.
В селе есть и те, что считает, что проблема с отправкой в Сирию молодых людей не возникла на ровном месте. Уставшие от житейских неурядиц, безработицы и отсутствия перспективы молодые люди, ищут лучшей жизни в России. 70-летний Низомиддин Ёрматов, житель Чоркишлока уверен, что там, находясь в не лучших условиях, они вовлекаются в группы единомышленников, основанных на религиозных ценностях. Обещания лучших условий жизни, быть оценённым за заслуги перед Аллахом и борьба с несправедливостью, притягивает их, и они решаются ехать в далекую исламскую страну.
Нам удалось побывать и в домах тех, чьи дети в данный момент могут находятся в Сирии. В основном, все они не богаты. Дети, невестки и старики живут вместе, поддерживают хозяйство.
Первая жертва сирийской войны: Масрур Иброхимов
Побывали мы и в доме Масрура Иброхимова, 29-летнего парня, о котором вспоминают, как о первой жертве сирийской войны. В Сирию парень попал вместе с сестрой Макнуной. В этой истории много вопросов и сомнений. Но вот как ее рассказала мать семейства - Уммия Иброхимова. По ее словам, Макнуна, спустя восемь лет после первого неудачного брака, познакомилась по Интернету с мужчиной-арабом, который решил в 2012 году взять ее во вторые жены. Их брак не был удачным и после восьми месяцев жизни в Египте, они узнали, что Макнуна развелась и с этим мужем. Масрур, находившийся на заработках в России, решил вызволить сестру из Египта и отправился к ней на помощь. Оказалась, что у Макнуны не все в порядке с документами. Они сперва перебрались в Турцию, ничего не смогли сделать и спустя пару месяцев мытарств, попались в руки джихадистов. Те год назад переправили брата и сестру в Сирию. По словам матери, сын готовил еду, занимался обеспечением воюющих боевиков провизией, помогал им в хозяйстве и был убит во время бомбардировок вместе с другими боевиками. «За эти два года я осиротела, осталась одна с двумя внуками. Лишилась сына и дочери», - говорит эта женщина. Дочь Макнуна решила остаться в Сирии, и, по словам, матери, вышла в очередной раз замуж, в этот раз за таджика.
История Ёкубджона Эшонова
27-летний Ёкубджон Эшонов сообщил отцу о том, что летит в Сирию только тогда, когда сев в кресло самолета в России, отправился в Турцию. Ёсинхон Эшонов, отец жителя села Чоркишлок рассказал Таджикской редакции Азаттыка, что их сын отправился в Сирию в апреле этого года. При каждом телефонном разговоре вся семья умоляла его вернуться домой. «О том, что он едет в Сирию воевать, мы узнали совершенно случайно, и это известие стало для нас как гро, среди ясного неба. Он, правда, позже, в своих звонках никогда не говорил о том, что участвует на войне. Лишь как-то в начале сказал, что сейчас проходит тренинг. А когда я спрашивал, зачем он согласился туда ехать, сказал как-то что хочет сделать благое дело, мол это «савоб», что это поможет сделать людей и детей свободными. Но я сказал, что джихад, где мусульмане убивают других мусульман, не больше, чем война. И это страшно. Он глуп, он был обманут. Я сказал ему, что он должен вернуться и ни в коем случае не заниматься этим. Президент постоянно говорит об этом, что нельзя ехать в чужие страны (на войну)», - говорит отец.
По словам отца Ёкубджона, невестка Гуландом, решившая восстановить семью, отправилась в Турцию. Неделю назад они звонили и сообщили, что находятся в Стамбуле, откуда собираются автобусом перебраться в Россию. В течение трех месяцев невестка смогла вернуть мужа из Сирии, внушить ему, что ничего важнее семьи быть не может. "Он даже побрился", - говорит отец Ёкубджона. Кстати, в поездку невестка взяла и старшего восьмилетнего сына, который, по словам Ёсинхона Эшонова, должен повлиять на отца, чтобы он отказался от войны.
Поездка в Чоркишлок ответила на некоторые наши вопросы, но породила и немало новых. Трудно сказать, каким образом большая группа жителей одного села вдруг оказалась в стране, объятой огнем, на расстоянии почти пять тысяч километров? Что их заставило взять в руки оружие? Кто помог им принять решение оправиться на чужую войну?
Материал Таджикской редакции Азаттыка.
Чоркишлок: родина 20 "сирийских джихадистов"
