Квартиры четверых детей Зайда Саидова расположены в многоэтажном доме в центре Душанбе. Власти хотят их конфисковать в пользу государства и требуют освободить жилье. Это требование, как утверждается, основано на судебном постановлении, которое было вынесено много лет назад.
Родственники Зайда Саидова считают решение несправедливым. Хайрулло Саидов, сын Зайда Саидова, сейчас находится в трудовой миграции за рубежом. Он рассказал, что его семья находится в крайне тяжелой ситуации.
«В четырёх квартирах живут 23 человека, в том числе 17 детей. Куда нам их девать? Всё, что у нас было, забрали — бизнес, имущество для бизнеса, наше жилье. Забрали даже дом, где жила моя мама. Мы не знаем, кому рассказать о своей боли. Обращались во все инстанции, но, к сожалению, не получаем никакого ответа», — говорит Хайрулло Саидов, сын Зайда Саидова.
Один из представителей Верховного суда Таджикистана в частной беседе с журналистами рассказал, что приговор в отношении Зайда Саидова давно вступил в законную силу, а конфискация имущества в рамках приговора возложена на Службу исполнения Таджикистана.
Власти официально не комментируют решение об изъятии жилья.
Хайрулло Саидов отмечает, что владельцами этих квартир являются его братья и сестры, и жилплощадь никто не имеет права забирать.
«Эта тема снова обострилась в последние два-три года. Мы знаем, что наши дома арестованы, знаем, что в судебном решении указана их незаконная конфискация. Хочу отметить важный момент: мы, старшие дети Зайда Саидова, ещё до 2013 года, когда наш отец был арестован, уже имели свои семьи и детей», — объясняет Хайрулло Саидов.
В прошлом власти на основании судебного решения уже отбирали компании, предприятия, жильё и автомобили, которые принадлежали Зайду Саидову и его родственникам. Если у его детей отнимут эти квартиры, идти им будет просто некуда. Правозащитница Лейла Сейитбек из базирующейся в Вене организации Freedom for Eurasia считает действия Душанбе незаконными. По ее мнению, власти нарушают все существующие юридические нормы.
«В соответствии с базовыми принципами права собственности, закрепленными как в международных стандартах, так и в национальном законодательстве, государство не вправе автоматически изымать имущество у семьи только на основании приговора в отношении одного члена семьи. Для такой меры необходимо конкретно доказать, что конкретное имущество либо фактически принадлежало осужденному, либо было приобретено на средства, полученные преступным путем. В данном случае, по имеющейся информации, квартиры зарегистрированы на детей Саидова, и часть из них была приобретена еще до его ареста в 2012 году. Это означает, что их конфискация без индивидуального анализа происхождения права собственности может рассматриваться как произвольное лишение имущества», — считает Сейитбек.
Лейла Сейитбек отмечает, что власти Таджикистана применяют к семье опального бизнесмена принцип коллективной ответственности. С формальной точки зрения, объясняет она, родные осужденного политика могут оспорить решение властей. Но в стране, где, по оценкам международных организаций, нет верховенства закона, а судебная система зависит от исполнительной ветви власти, шансы детей Зайда Саидова на эффективную защиту крайне ограничены.
Правозащитница подчеркивает, что Комитет ООН по правам человека еще в 2018 году после детального изучения уголовного дела Зайда Саидова и выпустил рекомендацию властям Таджикистана отпустить его, аннулировать приговор и предоставить компенсацию.
Официальный Душанбе эти рекомендации проигнорировал. В Минюсте Таджикистана заявили, что в республике не существует законной процедуры пересмотра судебного решения по требованию или рекомендации международной организации.
Власти Таджикистана начали преследовать Зайда Саидова в 2013 году, сразу после того, как бизнесмен заявил о планах создать политическую партию «Новый Таджикистан». В мае того же года его арестовали по возвращении из Франции.
Через полгода его приговорили к 26 годам лишения свободы. В суде его назвали виновным в мошенничестве, получении взятки, изнасиловании, принуждении несовершеннолетней к совершению аборта, многоженстве, незаконном лишении свободы. Сам он отверг все обвинения.
Через полтора года Зайду Саидову добавили еще три года заключения по делам о незаконной приватизации текстильного предприятия «Таджикатлас» в бытность Саидова министром промышленности Таджикистана и подделке документов при строительстве комплекса «Душанбе Плаза».
Международные правозащитные организации называют Зайда Саидова политическим заключенным.
