Улыбки и рукопожатия в туркменской курортной зоне Аваза на Каспии. 6 августа лидеры пяти постсоветских республик Центральной Азии собрались там на саммит. Но чтобы организовать такое мероприятие, потребовалось около трех десятилетий.
Казахстан, Кыргызстан, Таджикистан, Туркменистан и Узбекистан в этом году отмечают 30-летие своей независимости, и региональные связи сейчас лучше, чем когда-либо после распада Советского Союза в 1991 году.
Встреча в Авазе была третьим саммитом лидеров Центральной Азии. Мероприятие должно было состояться в 2020 году, но было перенесено из-за пандемии коронавируса. До этого аналогичные встречи проводились в Астане в 2018 году и в Ташкенте в 2019 году.
До этого на протяжении почти 20 лет президенты всех пяти стран не собирались вместе без присутствия других иностранных лидеров.
Этот факт словно говорит о том, насколько бурными были их связи на протяжении 30 лет.
При подписании 8 декабря 1991 года Беловежского соглашения, формально положившего конец существованию Советского Союза и ставшего отправной точкой для создания Содружества Независимых Государств (СНГ), не было ни одного лидера республик Центральной Азии.
В Беловежскую Пущу был приглашен лидер Казахской ССР, но Нурсултан Назарбаев не приехал. Казахстан технически был последней советской республикой, вышедшей из состава СССР. Страна объявила о независимости спустя восемь дней после Беловежского соглашения — 16 декабря 1991 года.
Лидеры Казахстана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана и Узбекистана встретились в Ашхабаде 13 декабря 1991 года и согласились присоединиться к СНГ. Но на самом деле у них не было выбора.
Они не были героями революции. Они не боролись за независимость. Многие из них в августе 1991 года лишь наблюдали со стороны за попыткой переворота в Кремле, которая подготовила почву для распада Советского Союза.
Все главы пяти республик были назначенцами Кремля.
Назначенного Кремлем лидера Таджикистана Каххора Махкамова буквально выгнали из офиса за поддержку переворота.
Рахмон Набиев, присутствовавший на встрече в Ашхабаде, был уже третьим по счету президентом Таджикистана с момента обретения независимости.
Лидеры Центральной Азии, которые при советской власти выполняли распоряжения Кремля, внезапно оказались в ситуации, когда сами вынуждены были управлять своими странами без какого-либо руководства Москвы.
Обязательства о сотрудничестве, взятые в Ашхабаде в конце 1991 года, быстро рассыпались, когда страны столкнулись с новыми реалиями — необходимостью генерировать доходы, импортировать жизненно важные продукты питания и энергоносители.
В рамках единой советской энергосистемы Узбекистан поставлял природный газ в Кыргызстан, Таджикистан и на юг Казахстана. Но внезапно Ташкент захотел денег за свой газ. Ни у одного из соседей денег на это не оказалось.
В первые годы независимости все пять стран использовали российский рубль в качестве валюты. Но гиперинфляция постоянно обесценивала рубль.
Это способствовало тому, что заработанные в рублях деньги приходилось тратить немедленно. Выполнение бюджетных задач оказалось почти невозможным.
В мае 1993 года Кыргызстан первым из пяти государств ввел собственную национальную валюту. Его центральноазиатские соседи были возмущены и опасались, что они станут демпинговой зоной для российских рублей.
Узбекистан в ответ прекратил подачу природного газа в Кыргызстан. Такую же тактику Ташкент применил против Таджикистана. Официально сокращение поставок было названо следствием неоплаченных счетов.
Но время сокращения поставок слишком часто совпадало с политическими шагами в Кыргызстане и Таджикистане, которые Узбекистан считал нежелательными.
Все государства Центральной Азии на протяжении большей части 1990-х годов переживали экономический кризис, связанный с нехваткой товаров первой необходимости, были отключения электричества, перебои с теплоснабжением.
На фоне кризиса страны конкурировали между собой за привлечение иностранных инвесторов. Все центральноазиатские государства стремились продавать продукцию, которой они располагали, в надежде получить доходы и восстановить свою экономику.
Как пытались совершить переворот, который положил конец СССР:
Весной 1992 года в Таджикистане разразилась гражданская война. Впервые возникли пограничные проблемы.
Узбекистан закрыл границу с Таджикистаном, пойдя на шаг, о котором никто раньше не мог подумать. Вскоре после этого Узбекистан начал устанавливать контрольно-пропускные пункты на своих границах со своими новыми независимыми соседями в Центральной Азии.
В свою очередь, другие государства пошли на аналогичные шаги, создав тем самым дополнительную нагрузку на свои и без того скудные бюджеты и затормозив транзит товаров.
В первые годы независимости были и попытки сотрудничества.
Казахстан, Кыргызстан и Узбекистан согласились направить военных в состав миротворческих сил, которые Россия создала в Таджикистане. Их миссия заключалась в охране афганской границы, что позволило правительственным силам Таджикистана сосредоточиться на борьбе с противниками внутри страны.
Казахстан, Кыргызстан и Узбекистан также образовали экономический союз в 1994 году. Президенты трех стран — Нурсултан Назарбаев, Аскар Акаев и Ислам Каримов — часто встречались в первые годы независимости, чтобы подписать «вечные» договоры о дружбе и наметить планы.
Президент Туркменистана Сапармурат Ниязов избрал другой курс. Вскоре после провозглашения независимости Туркменистан всё больше отдалялся от остальной части Центральной Азии. Ниязов не проявлял никакого интереса к вступлению в какие-либо региональные организации.
После 1995 года, когда ООН признала Туркменистан нейтральным государством, Ниязов почти полностью прекратил сотрудничество с другими странами Центральной Азии.
Между тем гражданская война в Таджикистане рассматривалась как угроза, которая может перекинуться на другие части региона.
В ноябре 1992 года в Таджикистане к власти пришел Эмомали Рахмон. Долгое время считался руководителем погрузившейся в хаос страны — даже после того, как в 1997 году там закончилась гражданская война.
Таджикистан исключили из большинства усилий укрепить единство Центральной Азии.
Только в марте 1998 года Таджикистан был принят в Таможенный союз Центральной Азии — группу, в которую входили исключительно государства региона.
Желтоксан, живые цепи, Майдан. Как протестовали республики накануне распада СССР
Но вскоре после того, как Соединенные Штаты и их союзники объявили войну террористам в Афганистане, центральноазиатские организации были вытеснены более крупными многосторонними группами, такими как Шанхайская организация сотрудничества и Организация Договора о коллективной безопасности.
Первый террористический акт в Центральной Азии произошел 16 февраля 1999 года, когда в Ташкенте прогремела серия взрывов.
Летом того же года появление экстремистов «Исламского движения Узбекистана» (ИДУ) на юге Кыргызстана вбило еще больший клин в отношения между государствами Центральной Азии.
Власти Узбекистана обвинили Душанбе в том, что он позволил боевикам ИДУ использовать территорию Таджикистана в качестве базы. Таджикское правительство это обвинение отвергло. Ташкент также обвинил Кыргызстан в том, что он не приложил достаточных усилий для уничтожения боевиков.
Именно в этой напряженной дипломатической обстановке Узбекистан в 2000 году начал устанавливать наземные мины вдоль своих границ с Кыргызстаном и Таджикистаном, заявив о необходимости воспрепятствовать проникновению боевиков ИДУ.
Но жертвами этих мин оказались мирные жители Кыргызстана и Таджикистана. Число погибших среди гражданского населения продолжало расти в течение многих лет после того, как ИДУ перестало представлять непосредственную угрозу для Центральной Азии.
В ноябре 1998 года таджикские власти обвинили Узбекистан в поддержке попытки государственного переворота на севере Таджикистана.
Туркменистан воздержался от публичного обвинения в адрес Узбекистана в предполагаемом покушении на президента Ниязова в ноябре 2002 года. Но туркменские силы безопасности обыскали посольство Узбекистана в Ашхабаде и объявили посла Абдурашида Кадырова персоной нон грата менее чем через месяц после предполагаемого покушения на Ниязова.
«Тюльпановая» революция в Кыргызстане, в результате которой в марте 2005 года был свергнут президент Акаев, была воспринята некоторыми как победа демократии.
Но правительства других стран Центральной Азии сочли революцию нежелательным явлением. Они были обеспокоены тем, что народные волнения могут перекинуться в другие страны и привести к свержению таких лидеров, как Назарбаев, Ниязов и Каримов, которые находились у власти с момента обретения независимости.
Последующие смещения президентов Кыргызстана в 2010 и 2020 году усилили обеспокоенность других центральноазиатских лидеров по поводу стабильности в Кыргызстане и прецедентов, создаваемых народными восстаниями в этой стране.
Через 20 лет после провозглашения независимости пять стран Центральной Азии уже заметно отличались друг от друга. Это были уже не те страны, лидеры которых в 1991 году на саммите в Ашхабаде надеялись на то, что их общая история будет способствовать сотрудничеству и поможет всем стать процветающими.
Точек соприкосновения осталось не так много. Тот факт, что лидеры встречались редко, даже двусторонние визиты бывали нечастыми, не вызывал удивления.
Пересечение границ в Центральной Азии в лучшем случае было делом сложным. В худшем — границы были закрыты.
Смерть президента Узбекистана Каримова в конце лета 2016 года стала катализатором улучшения региональных отношений.
Каримов всегда враждебно относился к другим лидерам Центральной Азии. В разное время его недипломатическая откровенность перед микрофонами, казалось, была направлена на то, чтобы оскорбить Назарбаева, Акаева, Рахмона, Ниязова и Алмазбека Атамбаева, который был президентом Кыргызстана с 2011 по 2017 год.
Преемник Каримова Шавкат Мирзиёев пока не реализовал многих запланированных реформ. Но обещания улучшить отношения Узбекистана со своими соседями он выполняет.
Недавние саммиты в Центральной Азии являются примером того, что сотрудничество в Центральной Азии снова возможно.
Конечно, проблемы остаются. Самая серьезная — продолжающийся пограничный спор между Кыргызстаном и Таджикистаном.
Но даже после того, как две страны были вовлечены в непродолжительный конфликт в конце апреля, оба лидера прибыли в Авазу.
Мирзиёев и действующий президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев встречались лично с новым президентом Кыргызстана Садыром Жапаровым, вели с ним переговоры. Президент Таджикистана Рахмон приложил усилия для снижения напряженности на границе с Кыргызстаном.
Туркменистан по-прежнему стоит особняком, но остальные четверо сотрудничали во время пандемии и пытались по возможности помочь друг другу.
Границы не открыты полностью. Но они более открыты, чем когда-либо за 20 лет. Мины на границе Узбекистана с Кыргызстаном и Таджикистаном обезврежены.
Недавние саммиты были сосредоточены на возможности установить точки соприкосновения, которые должны более тесно связать экономики Центральной Азии.
Кыргызстан первым отметит 30-ю годовщину независимости, 31 августа. За ним следуют Узбекистан (1 сентября), Таджикистан (9 сентября), Туркменистан (27 сентября) и Казахстан (16 декабря).
По иронии судьбы, одной из лучших особенностей Дня независимости в этом году в пяти бывших советских республиках Центральной Азии может быть их способность сотрудничать и зависеть друг от друга больше, чем это было возможно ранее.
Выраженные в публикации мнения могут не отражать точку зрения редакции Азаттыка.