Ранее американский музей искусств «Метрополитен» на подписи к картине «Красный закат», на которой изображён Днепр, указал, что Куинджи является украинским художником по происхождению, хотя ещё 6 января в этой строке было написано, что Куинджи — россиянин.
Куинджи учился в Санкт-Петербурге, но родился в Мариуполе. Сейчас музей назвал Куинджи украинцем, рождённым в Российской империи, и добавил, что художественный музей его имени в Мариуполе был разрушен российским авиаударом.
Мариуполь. Год спустя после смертоносной осады
Также в феврале «Метрополитен» переписал информацию о художниках Илье Репине и Иване Айвазовском. Их тоже назвали украинцами, а не россиянами. Правда, в начале марта подписи к Айвазовскому снова изменили: теперь указано, что он армянин, родился в Российской империи, ныне это Украина.
О значимости реклассификации для Украины «Настоящему Времени» рассказала искусствовед, член Национального союза художников Украины Галина Скляренко.
Настоящее Время: Россия вторглась в Украину и аннексировала Крым в 2014 году. Почему мировые музеи стали менять принадлежность художников, которые родились в Украине, входившей тогда в Российскую империю, только сейчас?
Галина Скляренко: Это, наверное, вопрос, который нужно задавать этим музеям. К сожалению, получается, что интерес к Украине и стремление осознать, что же такое украинская культура, стимулирован прежде всего этой страшной войной, которую мы сейчас переживаем. Сегодня ночью опять обстреливали Киев, пострадали жилые дома, пострадал человек. Это всё ужасно. И вот на волне этого ужаса, к сожалению, мир наконец-то обратил внимание на то, что есть такая культура и есть такая страна.
Я думаю, что проблема не только в том, как западный мир и западная культура воспринимают украинское искусство, а в том, что, увы, и в Украине, которая с 1991 года существует как независимое государство, к сожалению, не была сформирована какая-то внятная культурная позиция. Не было сделано ревизии.
Ведь Украина очень сложная. Утверждение независимости происходило на протяжении всего XX века. В 1918 году на волне революции появилась украинская Рада, потом в 1939 году были присоединены западные земли к Украинской республике. И только фактически в 1991 году мы можем говорить о существовании независимого украинского государства.
Настоящее Время: Но при этом тогда не меняли таблички у Малевича, у Куинджи, у Айвазовского.
Галина Скляренко: Это никого, наверное, не волновало. Почему-то мир реагирует больше всего на страдания и боль. Война привлекает внимание, а какие-то мирные процессы, желание понять друг друга — к сожалению, это не так актуально на мировой художественной культурной сцене.
Но я хочу обратить внимание на другое. Мне кажется, эта проблема очень важна прежде всего для самой Украины. Мы сами должны наконец понять, что же является украинским искусством, что входит в его состав, и очертить своё национальное пространство.
У нас все в Украине сейчас очень рады, что Айвазовского и Репина на Западе признали украинскими художниками. Но теперь возникает другая проблема — мы сами должны принять их творчество и найти место для этого искусства в контексте украинского пространства.
Настоящее Время: Что это значит «принять творчество» художников, которых вы назвали? Украинское общество его не принимает?
Галина Скляренко: Это не такой простой процесс. Традиционно в истории искусства эти художники рассматривались как выдающиеся мастера, которые обращались к украинской теме. То есть иногда они писали об Украине: украинский пейзаж, отдельные жанровые сцены.
Но, принимая художника, называя его теперь украинским, мы должны принять полностью всё его творчество. А оно совсем непростое. Репин, кроме того что он писал своих знаменитых «Запорожцев», пишущих письмо турецкому султану, описал всю Российскую империю. И одно из самых выдающихся его произведений — это «Крестный ход в Курской губернии». Он просто изобразил страну, все слои населения, самые сложные образы.
Но это было в 1883 году. А в 1884 году он уже писал свой знаменитый заказной холст «Приём волостных старшин императором Александром III во дворе Петровского дворца в Москве». Это ведь тоже Репин. Называя его украинским художником, мы должны вписать всё его творчество со всеми его особенностями, со всеми его сложными идеологическими направлениями, с его позицией в украинское искусство.
Кроме того, получается, что главный реалистический художник Российской империи — это украинский художник Репин. И это делает совершенно другие акценты в истории искусства: не только украинской, но и российской. Это непростые дела, нужно всё описать и всё осмыслить.
То же самое касается и Айвазовского. Кроме того что он писал свои изумительные пейзажи, у него ещё очень много прекрасных романтических батальных сцен, где он воспевает силу российского оружия, — эпизоды из Русско-турецкой войны.
Настоящее Время: Сейчас идёт смена классификации художников. А литература? Будет ли Украина считать украинскими писателями Булгакова или Гоголя? И будет ли таковыми их считать мир?
Галина Скляренко: Мне бы очень хотелось, чтобы Украина считала их украинскими, потому что всё, что создано в Украине, должно являться украинским.
Булгаков невозможен без Киева — он здесь сформировался. Даже его знаменитый роман «Мастер и Маргарита» — это самый киевский роман. И это ощущение нашего города, несмотря на то что там речь идёт о Москве, — это абсолютно киевский роман. У нас есть музей Булгакова. Очень много лет киевляне добивались, мечтали, чтобы он был открыт. И мне очень больно, что сейчас ведутся разговоры о том, что он Киеву не нужен. Он необходим Киеву, потому что Булгаков сказал о нашей стране, о Киеве, он великий писатель, переведённый на множество языков. И зачем нам обеднять свою культуру?
То же самое, если мы считаем, что Одесса — это Украина. Как же мы можем вычеркнуть из Украины всех этих блестящих одесских писателей? Как жить без Олеши, без Катаева, без Кирсанова, без Бабеля? Кто лучше написал о Гражданской войне — самые жёсткие, самые правдивые и самые страшные вещи? Бабель. Это практически главные книги о Гражданской войне. Конечно, это всё нужно принять.
Сейчас мы в Украине переживаем страшный период. Естественно, нарастают антирусские настроения — это абсолютно понятно. Но я очень хочу верить, что это такая ситуация, это всё закончится, конечно. Эта война должна закончиться, мы все этого ждём и желаем, чтобы это случилось завтра.
И тогда страна, культура должна принять и осознать свои масштабы. И тут окажется, что Украина — это совсем не малая страна и это не младшая сестра Российской империи, а это страна с огромным художественным, творческим потенциалом, которая дала миру и замечательных писателей, и замечательных художников. И только исторические обстоятельства мешали — отсутствие независимости, отсутствие достаточных возможностей. Впервые Академия художеств в Украине была создана в 1918 году. Поэтому все и вынуждены были уезжать и учиться где-то на Западе, в Петербурге и в Москве. Только вот эти обстоятельства мешали тому, что все эти люди вынуждены были уехать из Украины.
Я думаю, что эти переименования и переклассификации заставят прежде всего Украину наконец понять, какая огромная у неё культура, какая она сложная и какая разная. И вот эта мультинациональная разность — это, я думаю, её самое главное богатство.
