Удары украинских беспилотников по российским нефтяным объектам оказывают всё большее давление на топливную систему России. Москва ужесточила ограничения на экспорт, что вызвало шок в соседних странах, зависящих от российских поставок топлива, нефтеперерабатывающих заводов и транзитной инфраструктуры. По всей Центральной Азии последствия уже становятся очевидными: растут цены на топливо, ощущается нехватка авиационного керосина и усиливается неопределённость в вопросах энергетической безопасности.
Перебои в российской энергетической системе начинают расшатывать рынки Центральной Азии: рост цен на топливо уже бьёт по водителям в Кыргызстане.
Азат, водитель такси, который дал интервью Кыргызской службе РСЕ/РС, рассказал, что рост стоимости топлива серьёзно сокращает его ежедневный заработок.
«Честно говоря, становится очень тяжело. Мы едва сводим концы с концами. Автогаз подорожал до 45 сомов (около 73 центов) за литр. Раньше поездка обходилась примерно в 1200 сомов (19,5 доллара), теперь — в 1700 (28 долларов). Город постоянно стоит в пробках. Иногда мы даже не покрываем свои расходы и влезаем в долги».
В прошлом месяце первый заместитель председателя кабинета министров Кыргызстана Данияр Амангельдиев заявил журналистам, что рост цен на топливо неизбежен в условиях глобальной геополитической нестабильности.
«Есть возможность не повышать цены резко, а увеличивать их постепенно — на один сом каждые две недели, — сказал Амангельдиев. — Если цены на мировых биржах снизятся, Агентство по регулированию монополий будет работать с компаниями-импортёрами топлива и постарается добиться снижения цен».
Автомобильные очереди на АЗС в Бишкеке. Архивное фото
Кыргызские власти утверждают, что стране пока удалось избежать серьёзного дефицита топлива, наблюдаемого в некоторых российских регионах. Глава Ассоциации нефтетрейдеров Кыргызстана Канат Эшатов отметил, что поставки остаются стабильными.
«Всё поставляется. У нас достаточные запасы более чем на полтора месяца», — сказал Эшатов. Однако 26 июля он сообщил СМИ, что в Кыргызстане все же наблюдается нехватка бензина марок Аи-95 и Аи-98.
Таджикистан
Таджикистан, возможно, наиболее уязвим. По данным Антимонопольной службы, в 2025 году 84 процента импортируемых в страну нефтепродуктов поступили из России. Потребители уже ощущают последствия — цены на бензин и дизельное топливо растут.
Абдуджаббор, водитель такси из Худжанда, сообщил Таджикской службе РСЕ/РС, Озоди, 25 июня, что дизельное топливо значительно подорожало.
«Раньше дизель стоил 9 сомони 60 дирамов (около 1,5 доллара) за литр. Сейчас его продают по 13 сомони 50 дирамов (более 2 долларов), — сказал Абдуджаббор. — Это уже ощутимо, потому что наши доходы снижаются. Почему подорожал дизель? Не знаю. На заправках нам только говорят, что дизель вырос в цене везде, но никто не объясняет, с чем это связано».
Таджикские власти неоднократно объясняли рост цен на топливо «внешними факторами», не называя Россию напрямую.
Дополнительное давление оказала и внутренняя политика: правительство Таджикистана ввело новый экологический сбор в размере 30 евро за тонну импортируемого бензина и дизельного топлива, что ещё больше увеличило издержки на и без того напряжённом рынке.
АЗС в Таджикистане
Узбекистан
Перебои затронули и Узбекистан, где нехватка топлива уже начала влиять на расписание полётов. Uzbekistan Airways недавно объявила об отмене нескольких рейсов в Россию из-за дефицита авиационного керосина, что демонстрирует, как проблемы российской топливной системы распространяются по всему региону.
Узбекский экономист Отабек Бакиров напрямую связал растущее давление на Узбекистан с усиливающейся зависимостью страны от импорта российских энергоресурсов. В публикации в Telegram Бакиров написал:
«В Узбекистане, который стал зависимым от импорта из России и где цены во многом из-за этого стремительно растут, необходимо срочно сосредоточиться на обеспечении альтернативных и стабильных источников поставок бензина и других видов топлива (пропана и дизеля) через соседние и братские страны и перейти к практическим действиям по этому вопросу».
Поиск альтернатив
В интервью Кыргызской службе РСЕ/РС, Азаттыку, кыргызский экономист Элдар Абакыров заявил, что нынешний кризис подчёркивает риски зависимости от единственного поставщика.
«Чтобы решить проблему роста цен на бензин, правительство должно быть готово идти на риск и не ориентироваться только на одну страну, — предупредил Абакыров. — Необходимо договариваться с такими странами, как Казахстан, Азербайджан и Иран».
Другой кыргызский экономист, Эрлан Камалов, считает, что правительства должны готовиться к долгосрочному снижению зависимости от традиционных видов топлива.
«Поскольку нефть является биржевым товаром, её цена зависит от политических и геополитических факторов, — отметил Камалов. — Это исчерпаемый ресурс, который невозможно возобновить. Поэтому его стоимость будет продолжать расти из года в год».
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
«Заправка бьет по карману». Кыргызстанцы смотрят в сторону электромобилей и находят вариантыЭнергетическая дилемма Казахстана
В отличие от Кыргызстана, Таджикистана и Узбекистана, Казахстан пока избежал серьёзного топливного кризиса. Собственные нефтеперерабатывающие заводы и запасы топлива позволяют сохранять нормальную работу автозаправочных станций, несмотря на дефицит в России.
Тем не менее Казахстан также ограничил экспорт нефтепродуктов для защиты внутреннего рынка.
Сложилась необычная ситуация: Россия, традиционно являвшаяся главным поставщиком топлива в Центральную Азию, теперь сама может нуждаться в помощи Казахстана.
Агентство Reuters сообщило, что Москва обратилась к Астане с просьбой рассмотреть возможность поставок бензина марки АИ-92 для смягчения дефицита, вызванного перебоями в работе российских нефтеперерабатывающих заводов.
Выступая 25 июня на брифинге в Сенате, первый вице-министр национальной экономики Азамат Амрин преуменьшил значение сообщений о возможной топливной сделке с Россией, заявив, что переговоры находятся лишь на предварительной стадии.
«Пока никакого конкретного решения нет. Это только предложение, — сказал Амрин. — Когда будет принято конкретное решение, мы вам ответим».
В комментарии журналистам 26 июня министр энергетики Ерлан Аккенженов тоже заявил, что «официальных запросов с российской стороны не было».
Вице-министр торговли и интеграции Казахстана Жанель Кушукова отметила, что главным приоритетом правительства остаётся защита внутреннего рынка.
«Основным поставщиком топлива для нас всегда была Российская Федерация, — сказала Кушукова. — Это понятно, потому что Россия находится рядом и обладает соответствующими ресурсными возможностями. Однако, учитывая нынешнюю ситуацию, мы принимаем решения в рамках Евразийской экономической комиссии о снижении импортных таможенных пошлин, чтобы стимулировать поставки топлива из третьих стран. Прежде всего речь идёт о Китае».
Она добавила, что ограничения на экспорт сохраняются для защиты внутреннего спроса.
Топливный кризис в России на фоне атак украинских беспилотников
Председатель Комитета Сената по экономической политике Суиндик Алдашев сообщил Азаттыку, что слышал о просьбе России, однако подчеркнул, что Казахстан прежде всего будет исходить из собственных интересов.
«Я тоже слышал об этом — о предложении поставлять топливо, — сказал Алдашев. — Но сначала мы посмотрим на свою ситуацию. Никто не может заставить нас поставлять той или иной стране. Это понимает каждое государство. И речь идёт не только о бензине. Это касается также дизельного топлива и керосина. Вы знаете, даже авиационного керосина нам сейчас самим не хватает. Поэтому никто нас не принуждает. Во-первых, мы ещё не обсуждали этот вопрос. Во-вторых, на данный момент у нас нет такого плана».
Однако уязвимость Казахстана перед Россией связана не только с торговлей топливом. Энергетическая система страны по-прежнему тесно связана с инфраструктурой, находящейся под контролем России — от трубопроводов и транспортных маршрутов до газоперерабатывающих предприятий.
Недавние украинские атаки беспилотников в районе порта Новороссийск и перебои, затронувшие региональные экспортные маршруты, вновь продемонстрировали риски зависимости от инфраструктуры, находящейся вне контроля Казахстана.
Казахстанский энергетический аналитик Олжас Байдильдинов предупредил, что новые атаки на Оренбургский газоперерабатывающий завод могут напрямую затронуть Казахстан.
«Наш проект Karachaganak Petroleum Operating поставляет сырой газ на оренбургский завод "Газпрома", — пояснил Байдильдинов. — Там газ перерабатывается, после чего возвращается в Казахстан уже в виде товарного природного газа и сжиженного газа».
Последствия действительно проявились быстро. 26 июня Казахстан сообщил, что сократил добычу газа на Карачаганакском месторождении после удара по Оренбургскому ГПЗ.
По словам Байдильдинова, Казахстан ежегодно производит около 30 миллиардов кубометров товарного газа, при этом около 9 миллиардов кубометров — почти треть всего объёма переработанного газа страны — проходит через Оренбург.
«Предыдущие перебои в работе Оренбургского ГПЗ привели к снижению добычи нефти на проекте KPO на 30 процентов, однако дефицита газа удалось избежать благодаря поставкам из России», — говорит эксперт.
На этот раз Россия может оказаться менее способной прийти на помощь. Пока Москва пытается справиться с собственным дефицитом топлива и одновременно ищет поставки из Казахстана, зависимость Астаны от российской инфраструктуры может превратиться во всё более серьёзную уязвимость.
Казахстан, возможно, придется всё чаще обращаться к другому крупному соседу — Китаю, заменяя одну зависимость другой.