Кампус и школы как признак «гуманитарного присутствия»
30 гектаров земли в живописном пригороде Бишкека отдают под студенческий городок. Строить его будет Россия. Это будущий кампус Кыргызско-Российского Славянского университета имени Ельцина. Он рассчитан на 15 тысяч человек. В соответствии с двусторонним соглашением, Россия вложит в строительство и оснащение вуза 15 миллиардов рублей, или около 200 миллионов долларов. Кыргызстан же предоставляет в безвозмездное пользование участок и подводит к нему инфраструктуру.
В мае президент России Владимир Путин утвердил это соглашение, которое было подписано еще три года назад, во время его визита в Бишкек.
Во время обсуждения документа в российском парламенте вспыхнули споры: из уст депутатов звучали обвинения в адрес Кыргызстана в поддержке «русофобии». Член Госдумы Михаил Матвеев возмутился, что Москва собирается вкладывать деньги в страну, в которой меняют «русские названия улиц и населенных пунктов».
«Нельзя ли какую-то опцию во всех этих соглашениях иметь, чтобы мы по крайней мере были защищены от русофобии и антисоветизма, которые процветают в этих республиках? Как вы объясняете целесообразность всего этого с учётом исчезновения русских улиц?» — заявил российский депутат.
Но в верхней палате, Совете Федерации, вице-спикер Константин Косачёв, говоря о соглашении, подчеркнул важность «гуманитарного присутствия за рубежом».
Помимо университетского кампуса, Россия собирается профинансировать строительство девяти школ в Кыргызстане — по одной в каждом регионе страны, а также в столице Бишкеке и Оше, втором по величине городе страны. Финансирование идёт из российского бюджета через грант Евразийского фонда стабилизации и развития, общий объём — около 500 миллионов долларов. Выпускники этих школ, как заявляется, получат два аттестата — российского и кыргызского образца, и смогут дальше обучаться в российских вузах.
Одна из первых школ строится в Караколе — городе, где 9 мая прошел оформленный в Z-стилистике концерт, который вызвал волну критики в кыргызстанском сегменте соцсетей.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
«Нейтралитет ушел коту под хвост». В Кыргызстане возмущены Z-символикой на концерте российских артистов«Поднимают российский флаг, играют российский гимн»
Открытие российских школ в Кыргызстане — часть региональной стратегии Москвы, которая активизировалась в 2019 году после призыва Владимира Путина строить учебные заведения в странах Центральной Азии, чтобы местные изучали русский язык, и в перспективе, отправляясь на заработки в Россию, «не вызывали раздражения у коренного населения».
В первую очередь Москва объявила о строительстве школ в Таджикистане – в 2018 году. Через четыре года в крупных городах страны — Душанбе, Худжанде, Бохтаре, Кулябе и Турсунзаде — открыли пять школ общей стоимостью 150 миллионов долларов.
В 2024 году Евгений Примаков, на тот момент глава «Россотрудничества» — одного из столпов «мягкой силы» России — заявил, что в этих школах не просто обучают на русском языке, а прививают российские ценности.
«Российская Федерация в прошлом году построила пять больших школ в Таджикистане. Шикарных совершенно школ, где преподают по российской программе, поднимают российский флаг, играют российский гимн. Это правильно и хорошо. И мы понимаем, что мы участвуем в том, что у детей в Таджикистане есть шанс для роста интеллектуального, социального и прочего, которые они будут связывать с Россией. Это очень хорошо и правильно. Подобные проекты обсуждаются по нескольким еще странам Средней Азии», — заявил Примаков.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
«Языковые патрули» и «весеннее обострение»: как локальная тема в Кыргызстане стала поводом для реакции МосквыВ 2025 году российские депутаты вновь начали обсуждать построенные в Таджикистане школы. Депутат Госдумы Сергей Миронов возмутился, что авторы учебников пишут про «колонизацию Россией».
«Это за наши деньги издаются такие учебники!» — акцентировал внимание депутат.
Министр образования Таджикистана Рахим Саидзода заявил, что ничего подобного в книгах нет, а учебники писались на основе российских пособий.
В 2021 году Москва объявила о планах построить несколько школ в Узбекистане, но конкретного соглашения удалось достичь только к 2023-му.
В том же 2023 году Владимир Путин во время визита в Казахстан договорился о строительстве трех школ в южных регионах страны, где русский язык распространен в наименьшей степени. Строительство школ комментировал и министр иностранных дел РФ Сергей Лавров.
«Это очень полезная, открытая, позитивная мягкая сила. Безусловно, в странах, с которыми мы дружим, мы создаем курсы русского языка. В Центральной Азии, в Азербайджане, Армении созданы русские школы, в том числе по программам нашего министерства просвещения, филиалы российских вузов. Вот это, мне кажется, преимущественная мягкая сила, которую мы будем продвигать по сравнению с такими подковерными операциями, когда какой-то сотрудник неправительственной организации покупает лодку на шесть человек и взрывает "Северные потоки", это я так, условно, говорю», — заявил Лавров.
В 2026 году в Казахстане началось строительство финансируемых Россией школ в Туркестанской, Кызылординской и Жамбылской областях.
Гани Бейсембаев, на тот момент министр просвещения, до этого заявлял, что «здесь нет никакой политики, пропаганды» и «беспокоиться незачем». Он объяснил выбор регионов нехваткой школ и распространённостью трёхсменного обучения на юге. По его словам, русский язык в этих школах будут преподавать педагоги из России, тогда как историю Казахстана, казахский язык и литературу — местные учителя.
Туркменистан остаётся единственной страной региона, где Россия пока не строит новые школы. В Ашхабаде действует российско‑туркменская школа имени Пушкина, а в 2026 году Минпросвещения России совместно с туркменским министерством запустило курс русского языка для первоклассников.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
Депутат Думы видит «русофобию» в учебниках соседних стран. Эксперты: обвинение укладывается в русло политики КремляПроекты «Сириус»: после «ДНР» — в Центральную Азию
Помимо обычных школ, Россия экспортирует и свои флагманские образовательные бренды — прежде всего центр для одарённых детей «Сириус». Центр создан в 2015 году по инициативе Путина на базе олимпийской инфраструктуры Сочи.
В Центральной Азии под брендом «Сириус» реализуется несколько проектов. В Алматы в январе 2026 года заложили первый камень школы‑пансиона площадью около 60 тысяч квадратных метров. Проект реализуется по договорённости Путина и президента Казахстана Касым-Жомарта Токаева.
Москва называет Казахстан первой страной на постсоветском пространстве, где строится полноформатный центр по модели «Сириуса». В Астане также заявлено о планах открыть филиалы «Сириуса».
После начала полномасштабного вторжения России в Украину «Сириус» получил дополнительные функции. В январе 2025 года глава так называемой «ДНР» Денис Пушилин и председатель совета «Сириуса» Елена Шмелева договорились о партнёрстве с Григорьевской школой в оккупированном российскими войсками украинском городе Донецке.
В ноябре 2024 года Шмелева объявила, что центр готов проводить сборы и программы переподготовки для спортсменов — участников «СВО» (Россия называет войну против Украины «специальной военной операцией») и их тренеров. На сайте федеральной территории «Сириус», к которой относится образовательный центр, также действует Антитеррористическая комиссия.
Образовательный центр по модели «Сириуса» строится также в Петропавловске, городе на севере Казахстана, где живет многочисленная русская диаспора. Центр под названием «Үркер‑Сириус» планируется ввести в эксплуатацию в 2027 году. Школу-лицей с общежитием на 900 мест реализует металлургическая компания KAZ Minerals.
Аналог «Сириуса» появится и в Душанбе — он будет называться «центром имени академика Вавилова». Проект стоимостью около 53 миллионов долларов финансирует Москва.
Цели образовательных инициатив российские эксперты и чиновники описывают достаточно открыто. Политолог, заместитель председателя научного совета ВЦИОМ Иосиф Дискин говорил, что после усиления роли БРИКС (объединения, в которое входят Бразилия, Россия, Индия, Китай и ЮАР, а также примкнувшие недавно ОАЭ, Иран, Эфиопия, Египет и Индонезия) «нужно было формировать в этих странах круги людей, понимающих и поддерживающих российскую позицию» и что Россотрудничество должно работать с референтными группами — теми, кто влияет на общественное мнение.
«Не стоит поддаваться враждебной пропаганде. Например, в Азербайджане элита говорит по-русски. Это важный показатель. Язык требует инфраструктуры — образования, культурной среды. Это и есть мягкая сила», — заявил Дискин.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
Крым, Донбасс «признанный» и Z-поэзия: как «Русские дома» работают в Центральной АзииВойна как «будильник»
По данным «индекса положения русского языка» за 2023 год, среди стран Центральной Азии русский язык наиболее распространен в Казахстане и Кыргызстане. Казахстан лидирует по параметру «русский язык в государственно-общественной сфере», следом за ним идет Кыргызстан. При этом по параметру «доля обучающихся на русском языке» лидирует Кыргызстан. Среди всех стран Центральной Азии за три десятилетия (с 1991 по 2021 год) только в Кыргызстане доля выросла на 17 процентов, во всех других — снизилась. Наибольшее снижение в Туркменистане (на 87 процентов).
Доля учащихся на русском языке в среднеспециальных и высших учебных заведениях за 31 год снизилась во всех странах региона.
В целом, по данным исследования, из-за высоких показателей по параметрам «государственно-общественная сфера», «СМИ» и «русский язык в пространстве культуры» в 2022 году в Казахстане русский язык занимал самую устойчивую позицию среди стран Центральной Азии.
Между тем, по данным проведенного в 2020 году исследования Фонда Фридриха Эберта в Казахстане свободно на русском языке говорили 51 процент населения, а на казахском — 39.
После 2022 года подобных исследований не проводилось, но эксперты и наблюдатели отмечают, что вторжение России в Украину ускорило процесс деколонизации. Профессор Питцер колледжа в США, социолог Азамат Жунисбай, проводящий исследования общественных настроений в Казахстане, отмечает рост популярности казахского языка среди населения.
«Полномасштабное вторжение России в Украину стало триггером для переосмысления роли России, представлений о России и, возможно, даже советского наследия для многих людей. Мне кажется, для казахоязычных казахов какого‑то огромного переосмысления, возможно, и не было: мои исследования показывают, что изначально отношение к России и её действиям было достаточно критическим. А вот для русскоязычных, более "обрусевших" людей это был своего рода "будильник". Полномасштабное вторжение России запустило у них процесс переосмысления», — говорит эксперт.
ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:
Дмитрий или Эсиркемиш. Почему отказ от русских топонимов в Казахстане и Кыргызстане встречает отпорНа таком фоне открытие новых российских школ вряд ли можно считать эффективным приложением «мягкой силы», отмечает Азамат Жунисбай. Тем более, свою роль играет демографический фактор. Если на момент распада СССР казахи составляли 40 процентов населения Казахстана, а русские — 37 процентов, то сейчас доля казахов выросла до 70 процентов, русских сократилась до 14 процентов.
«Говорят, демография — это судьба. Сейчас, на самом деле, не из‑за какой‑то мудрой политики элиты, а просто из‑за демографических трендов идёт очень быстрый откат влияния России, русского языка и русской культуры», — рассуждает Азамат Жунисбай
Из-за этого, подчеркивает социолог, он не ожидает, что образовательная экспансия Россия каким-либо образом повлияет на тенденции в Казахстане:
«Сейчас гуляешь по городу — и всюду слышен казахский, молодые ребята разговаривают на казахском. В моём детстве этого почти не было».
Исследователи отмечают, что в той или иной степени процесс деколонизации из-за вторжения России в Украину ускорился во всех странах Центральной Азии.
«Одним из ключевых аспектов этой тенденции является языковая деколонизация — возрождение кыргызского языка в стране, где русский язык долгое время доминировал в общественной жизни», — пишет Бакыт Дженышпекова, автор статьи о языковой деколонизации Кыргызстана.
А в Узбекистане, по словам собеседников выходящего в США журнала The Diplomat, поколение Gen Z устало от «привилегированного статуса» русского языка: молодые активисты требуют убрать русские вывески там, где «не живёт ни одного русского». В то же время для карьеры в государственном секторе русский остаётся почти обязательным: «Если ты не говоришь по‑русски, сложно получить работу в госорганах», — признаёт 25‑летний госслужащий из Хорезма, считающий сохраняющееся доминирование русского языка пережитком советской эпохи.
Недавно побывавший в поездке по Узбекистану алматинец Канат Тасибеков, автор самоучителя «Ситуативный казахский», выучивший родной язык в зрелом возрасте, поделился в Facebook’е наблюдениями о распространенности русского языка в Ташкенте. Он написал, что персонал отеля и парка развлечений не говорил по-русски.
«Можно уже констатировать, что молодые узбеки не говорят на русском языке, — отмечает Тасибеков. — Сейчас практически нигде нет новых вывесок на русском языке, а кириллица встречается всё реже и реже».
Живущий в США социолог родом из Казахстана Азамат Жунисбай считает, что применение русского языка в Центральной Азии неминуемо будет сокращаться, даже несмотря на поддерживаемые Россией образовательные проекты.
«Пусть открывают свои школы, если им кажется, что это поможет. Если люди увидят в них пользу — будут туда отправлять детей. Но я сильно сомневаюсь, что в условном Таразе из этих школ будут выходить казахские Z‑патриоты», — резюмирует он.